Каучсёрферы: Чили

Много лет я принимал у себя дома каучсёрферов (к обоюдному удовольствию), и вот наконец решил воспользоваться накопленной кармой и пожить по впискам сам. И это и правда оказалось самым интересным во всём путешествии: так я попадаю в дома, в которые иначе бы никогда не попал, и вижу кусочки жизни, которой туристу иначе не увидеть. Это трудно описать текстом, потому что жизнь в целом вообще плохо описывается, могу только посоветовать и вам всем попробовать попутешествовать так же. Я искренне благодарен каждому из этих людей, пустивших меня к себе домой в обмен на немного поболтать.

Сантьяго. Хорхе, 29 лет.

Фармацевт, боксёр, живёт с девушкой-красавицей в маленькой ипотечной квартирке на окраинах Сантьяго — до метро четыре остановки автобуса или полчаса пешком по довольно стрёмному частному сектору.

— Ничего, вот достроят станцию метро рядом, получше станет
— Можно будет пешком ходить?
— Нет, туда расстояние такое же, но автобусов ходит не один, а штук пять разных

Эх, родная душа, средний класс без родительских денег в небогатой стране.

Вижу на полочке игрушку, которая на фото. Ух ты, говорю, плюшевый Сальвадор Альенде!

— Ты знаешь кто такой Сальвадор Альенде?
— Ну да, знаю. Первый в мире демократически избранный президент-социалист, свергнут Пиночетом на третьем году правления.
— А откуда ты всё это знаешь?
— Ну, мне интересно про вашу страну. Где ещё коммунисты к власти на выборах приходят, а диктаторов свергают референдумами.

Оказалось, Хорхе — не то чтобы активист, но идейный сторонник альендевского социализма. «Эх, какая страна могла бы быть!»

Потом при случае рассказал историю «Судьба коммуниста». Её в Чили тоже не знают, не знал и Хорхе (хотя про Альмейду что-то слышал). Очень впечатлился.

Много расспрашивал про Россию, рассказывал про чилийские дела, ругал Пиночета, рассказывал про ужасы его режима и про рогатки, которые тот вставил в конституцию и законодательство страны перед уходом, которые и теперь не дают правительству всерьёз полеветь, несмотря на то, что правые, в целом, в меньшинстве. «Процесс очистки нашего права от всей этой гадости только-только начался, и неизвестно, приведёт ли он к чему-нибудь. Мы до сих пор живём по конституции, которую писал Пиночет!»

Здорово, когда людям не всё равно на устройство своей страны.

Вальпараисо. Хосe, 31 год.

Я ожидал чего угодно, но только не этого. Я уехал так далеко от России, как только мог. Я выучил испанский язык, чтобы обитать не в туристических резервациях, а в реальном мире. Я приехал в страну, где ни русских, ни России не было, нет и, похоже, не будет. Я честно не открывал ни новости, ни ленты соцсетей.

Хосе, этот по профессии инженер, а по увлечениям рокер, громогласный волосатый чувак с внешностью колумбийского наркотрафиканта, оказался рьяным путинистом.

Захожу в дом. Дома — богемная такая обстановка (т.е. бардак, срач и куча пустых бутылок), а на стене висят флаги Палестины и России. Спрашиваю — почему, мол, такое соседство? «Это страны, которые я поддерживаю! Палестина борется против еврейского фашизма, Россия борется против фашизма в Киеве, терроризма в Сирии и американского империализма по всему миру!»

Оппа.

— А чилийский флаг где?
— В стирке.

Дальше — больше. Про русские подводные лодки, которые могут уничтожить любую страну в любой момент. Про величие Путина. Про «доказательств присутствия российских войск на Украине нет». Про американских дипломатов на майдане. Про то, как только благодаря России мир не скатился в третью мировую. Про то, как он хотел поехать на Донбасс воевать против фашистов.

— Альтернативы Путину нет! Ты что, думаешь, Навальный был был бы хороший президент?
— Блин, да откуда ты знаешь про Навального? И какое тебе вообще до него дело?
— Я много чего знаю!

И такая дребедень — целый день. Вернее, все три дня, что я у него пробыл. Чувак живёт в Чили, под тёплым солнцем Вальпараисо, в домике в историческом квартале на холме «Радость», а из окна у него вот такой вид. Ну как можно сидя там забивать себе в голову такой хернёй, а?

— Ты разговариваешь как Russia Today
— Ну да, я их смотрю, но не только их
— А кого ещё?
— ТАСС и Sputnik News!

И дальше про то, как подлое НАТО сбило мирный русский самолёт. Типичный такой дискурс «из телевизора», но только по-испански и с характерным чилийским выговором. Полный сюр.

А в остальном — ну чувак как чувак. Музыку играет. Инженер, свой небольшой бизнес, получил от правительства грант на какую-то мусороперерабатывающую машину — сидит, проектирует, даже фоточки демо-версии показывал, крутая штука! При деле человек, всё у него нормально. Пьёт только много.

Винья-дель-Мар. Игнасио, 24 года.

Я слышал, что Винья — город людей богатых и непростых, но как-то не думал, что вот прямо к таким и попаду. Когда ко мне домой приезжают сёрферы, они кидают рюкзаки в угол, и это выглядит так, как будто бы там всю жизнь лежали. Когда я приезжаю к дургим сёрферам — эффект тот же. Но здесь…

Портье в костюме и белоснежной рубашке. Кабина лифта, отделанная деревянной резьбой (в новом-то доме!). Коридор, в котором висят картины маслом. Кухня, где на просьбу дать попить мне налили не в кружку из-под крана (в Чили в кранах отличная вода), а из бутылочки с минералкой в стакан с двумя кубиками льда. Гостиная с резной мебелью, круглым обеденным столом с плетёной скатертью и стульями с высокими спинками. Панорманое окно с видом на море вместо одной из стен.

Так люди не живут, так живут аристократы в мексиканских сериалах, думал я, а поди ж ты. А уж каким чужеродным пятном на этой картинке было моё барахло и рюкзак того англичанина, что вписывался там одновременно со мной.

Формально нас вписывал Игнасио, но реально это, конечно, дом не его, а его мамы и бабушки с дедушкой, которые позволяют ребёнку вот так вот развлекаться и культурно обогащаться. Все хорошо говорят по-английски, мама и бабушка — ещё и по-итальянски («нет, мы не итальянцы, просто выучили — красивый же язык, и на испанский похож»). Сам Игнасио, несмотря на возраст, всё ещё студент («вот, в следующем году в Европу на год поедет учиться…») и своих денег не имеет (в кабаке за него платили мы с англичанином) — но, несмотря на некоторую инфантильность, парень отличный.

Мама — актриса. Аристократический дух в доме — её рук дело, и получается у неё хорошо. Она же была первым встреченным мной здесь человеком (ну, не считая Хосе), кто на моё «я русский» ответил не «дааа, Россия! Водка, холодно, Путин!», а «ооо, русские! Эта великая культура! Чехов — потрясающий драматург! А Станиславский! Великий теоретик сцены, сейчас все снова возвращаются к его наследию! А русская литература, только там бывает такая глубина! А музыка, русское музыкальное наследие необычайно!». И вот вроде и радостно такое слышать на другом конце света, и горько: тех русских, что всё это сделали, уже сто лет как нет.

Вечерком разговорились — я, Игнасио и его мама — о разнице культур. На мой взгляд внешнего наблюдателя, нации в латинской Америке различаются куда меньше, чем в Европе. Белорус на вопрос, чем он отличается от русского, хотя бы теоретически может заговорить по-белорусски, а у любого поляка или болгарина есть многовековой культурный багаж, который именно его, польский или болгарский, а не чей-то ещё. Но чем культурно отличается чилиец от перуанца? Акцентом? Отдельными словечками? Формой носа? И это притом, что и внутри собственно Чили есть много акцентов, много региональных словечек и очень много форм носа. А чем отличается аргентинец от уругвайца? Там и того нет: и те, и другие — «пуэбло дель Рио де ла Плата».

Эти вопросы меня давно интересуют, и я их задаю при случае. И выходит, что эмоция вида «дякую тобі Боже що я не москаль!» тут сильно развита у всех, причём во все стороны сразу: все мои знакомые аргентинцы ругали чилийцев, чилийцы — аргентинцев и перуанцев с боливийцами, один раз встречал колумбийцев — те поругивали венесуэльцев, и не за государственное устройство, а за национальный характер. Но в чём конкретно состоит разница, кроме политической истории, акцентов и госграниц — никто объяснить не мог. Вот, спросил и сейчас — и получил достаточно полный ответ от умеющего говорить и думать человека.

Что в каждой стране испаснкая культура смешивалась с индейской, и индейцы везде свои.
Что история разделила страны южной Америки ещё тогда, двести лет назад, и всё это время они жили отдельно.
Что жители других стран для чилийца — соседи, а чилийцы — семья. «Я встречаю человека из Лимы, и он мне чужой. Я встречаю человека из Пунто-Аренас [город на Магеллановом проливе, очень далёкий, как Петропавловск-Камчатский у нас] — и я вижу: он наш, он — chileno!»
Что чилиец любит свою родину, и эта родина — Чили, а не какие-то другие места. «Спроси меня — согласна ли я быть аргентинкой или перуанкой? Нет! Пфф, что за глупости! Я — chilena, и точка!»

Да-да. Дякую тобі Боже…

До смешного доходит.

— У Чили и Аргентины ведь даже один освободитель — Сан-Мартин, нет?
— Что? Нет конечно!
— Ну, мне аргентинцы так рассказывали…
— Нет, это аргентинская ложь! Освободитель Чили — Бернардо О’Хиггинс! Сан-Мартин помогал в этой войне, но не более.
— Это они мне наврали, получается? :)
— Аргентинцы вообще любят врать. Они же в основном итальянцы по происхождению.

Ох, где-то я всё это уже слышал. Про другие страны и другие народы, но как же одинаковы эти межнациональные тёрки, а.

На прощание обняла тепло — мол, удачи тебе в твоих путешествиях, русский!
Русский. Надеюсь, я хоть как-то держал марку тех русских, о которых она читала раньше.

Пуэрто-Монтт. Альбан, 52 года.

Есть, есть вещи, которые не меняются от страны к стране. Чиновник в правительстве провинции Лос-Лагос выглядит и ведёт себя, оказывается, ровно так же, как его собратья из Подмосковья. :) Характерный такой панибратски-барский тон по отношению ко всем вокруг, не менее характерная внешность и повадки, и домик в элитном квартале, резко отличающемся от остального (довольно депрессивного) города. И, как и положено приличному чиновнику, не понимает ни слова ни на каком иностранном языке: только испанский. Хороший, в общем-то, дядька, но перестать видеть в нём классового врага — трудно.

В его же речи впервые услышал «чиленисмос», про которые раньше только читал: вставляемое в случайных местах междометие «по» (ничего не значит) и «чилийское voseo» — когда говорят не «tú piensas, puedes, haces», как везде, и не «vos pensás, podés, hacés», как в Аргентине — а что-то вроде «tú pensái, podéi, hablái». Ожившая статья из википедии, что может быть интереснее!

И к ещё одному вопросу, который меня давно интересовал, кажется, нашёлся ответ: где все те люди, которые поддерживают/одобряют Пиночета?

На знаменитом референдуме голоса за/против разделились примерно пополам, и вроде как Пиночет и его правление — и сейчас тема очень спорная. Тем не менее — все, с кем я успел поговорить до сих пор, были строго против. «Это было страшное время! Снаружи всё выглядело хорошо и мирно, но внутри всё было гнило и подло, среди чилийцев цвели недоверие и ложь, и каждый это знал. У меня не было детей тогда, я не хотела давать жизнь в такой стране и таком обществе, Игнасио появился уже позже, при демократии» — рассказывала мне мама Игнасио за несколько дней до того, а до того Хосе ругал «этого предателя Пиночета» крепким матом, а до того был Хорхе с плюшевым Альенде, и разные гиды на экскурсиях, и анархо-коммунист Хино, заезжавший ко мне в том году… Что ж, Альбан был первым и единственным, от кого я вместо «диктатура» услышал «военное управление», «gobierno militar». Более он не распространялся, но прозвучало красноречиво.

Где-где? В правительстве.

Спросил, зачем вписывает сёрферов. Ну, дети выросли, живу один, так интереснее. Да и к тому же, как бы я ещё настоящего русского повидал! И показывает, как я записан у него в телефоне: «El Ruso».

Русских в Чили нет и никогда не было. Немцы, поляки, итальянцы — есть, испанцев сколько угодно, именем одного ирландца — Бернардо О’Хиггинса — в каждом городе по улице названо. Из Европы и северной Америки туристы едут, из Китая тоже. А русских нет. Ни туристов, ни эмигрантов, ни бизнеса, ни культурных связей — ничего. Почти для всех встреченных здесь людей (ну, кроме особых случаев — гиды, хозяева хостелов, Хосе) я — первый и единственный русский, которого они в жизни видят, я для них всех «эль русо». От этого есть некоторые бонусы (ух ты, русский! да ещё и по-испански разговаривает!), но ответственности — больше: ты точно знаешь, что отныне и впредь все эти люди будут судить о России по тебе лично. Пугающая мысль. Дисциплинирует.

Анкуд, остров Чилоэ. Роберто, 33 года.

Наобещал золотых гор (которых я, в общем-то, не просил, но раз уж предлагают…), а потом за сутки до моего приезда слился. Не то чтобы он был мне что-то должен, и не то чтобы я как-то с чем-то из-за него пролетел, но если бы он отказал сразу, или хотя бы слился пораньше — я бы нашёл другого хоста, или ещё как-то перепланировал поездку, чтобы не оказаться в новогодние дни в гостинице в маленьком городке, где знакомых нет, новый год люди празднуют по домам, всё закрыто и делать решительно нечего. Не делайте так, люди.

Продолжение следует.

Текст спасён из гибнущего ЖЖ: https://breqwas.livejournal.com/317113.html

Kingston Family Wineyards

В качестве бонуса к красивым местам и интересному рассказу, велопоездка на небольшую частную винодельню недалеко от Вальпараисо предлагает также практикум по умению наслаждаться моментом как он есть, а не пытаться его украсть и засолить впрок.

Вот тебе поставили вина. Даже не одно, а три разных, и все очень вкусные. Винодельня их производит с гулькин нос; продаются они кое-где в Чили, в США в полутора магазинах, в Норвегии в государственных алкогольных, и больше нигде. Теоретически, можно у них прямо тут, на винодельне, купить бутылку, или две, или десять, привезти домой и дома угощать друзей, рассказывая о том, как красиво было там, в долине Касабланка. Практически, сделать это нет никакой возможности: впереди почти месяц переездов, четыре границы, семь аэропортов, в ручную кладь вино нельзя, багажа у меня нет…

То есть, надо пить вино, смотреть из плетёной беседки на небо, горы и виноградники, и больше не думать ни о чём.

Я вроде справился, но дзен ещё отращивать и отращивать.

Текст спасён из гибнущего ЖЖ: https://breqwas.livejournal.com/316784.html

Тихий океан

El odio quedó atrás
No vuelvas nunca,
Sigue hacia el mar
Tu canto es río, sol y viento,
Pájaro que anuncia la paz

Набережная Виньи-дель-Мар, штиль, закатное солнце, дети играют в накате. Купаться не с руки — и смены одежды нет, и ценного барахла полные карманы, но почему бы не прогуляться босым по кромке воды.

Первая волна мочит ступни. Вторая волна мочит ступни. Третья не добивает. Четвёртая — по щиколотку. Пятая окатывает выше пояса и набивает в карманы мокрого песка. Нда, это вам не черноморские бухточки.

Паспорт, телефон, фотоаппарат и бумажник, гм, вроде бы целы, но окей, океан, я тебя понял и впредь буду относиться уважительнее.

У моря хорошо.

Текст спасён из гибнущего ЖЖ: https://breqwas.livejournal.com/316660.html

Сантьяго-де-Чили

Я не уверен, чего именно я ждал от Сантьяго, но явно не того, каким он оказался. Оказался он нормальным красивым городом — не европейским, не соединённоштатским, но вполне западным, где всё хорошо и идёт бурная движуха. Серьёзно, эта центральная площать с крутецкой испанской застройкой и вполне европейским «современным искусством» — это латинская америка? А вот эти пешеходные улочки, плиточкой вымощенные и деревцами засаженные, по которым фланирует публика — тоже латинская америка? А автоматические поливалки на газонах? А кафе, выставляющие столики на улицу в тенёк платанов? А метро, как в Париже? А вот эта станция велопроката, как в том же Париже, или Москве, или Дублине — вы серьёзно, это всё латинская америка?

Оно, конечно, чувствуется, что не Германия. На абсолютно европейских улицах то один зазывала орёт «мороженое! мороженко!», то другой, разложив товар прямо на такую красивую европейскую плиточку — «ремни! ремни кожаные!». За пределами центра в богатом районе подозрительно мощные заборы, в бедном — стремноватый частный сектор (и вкуснейшие чурраско, хотя и не самого санитарного вида) и опять же заборы с охраной в новых красивых кондоминиумах для среднего класса.

Но, блин. На свете вообще не так много стран, которые «как Германия». И если не придираться — всё тут хорошо, антиподы живут как положено. Ходят по улицам, толкаются в метро в час пик, пишут признания в любви на оградках в парке и на гигантской агаве (нет, ну она тут правда гигантская), покупают овощи на базаре, развешивают государственные флаге на том же базаре, паркуют велосипеды под знаком «не парковать велосипеды», пьют абрикосовый компот вперемешку с разваренным зерном (и утверждают что так и надо), устраивают забастовки в музеях и книжных магазинах, празднуют рождество под пальмами в тридцатиградусную жару с санта-клаусами с характерными индейскими носами и с ёлками из старых ботинок и поломанных стульев на главной площади столицы. А чуть в стороне, в парке «Дарвин» на холме святой Люсии, над городом стоит первый архиепископ Сантьяго и на всё это смотрит.

Но главный смотрящий тут, конечно, не он. На самой высокой точке города, холме Сан-Кристобаль, стоит дева Мария. К ней можно подняться на фуникулёре, а можно пешком, и лучше на закате.

Не так давно добрый o-fercinn подкинул мне рассказ deekourtsman о том, как тот совсем в другой стране шёл пешком к совсем другому Сантьяго. И как-то у него так там получалось, что дело это глупое, неприятное, бессмысленное, и разве что этим так прекрасно и притягательно. Примерно про это думалось в те полчаса хода вверх по тропе на Сан-Кристобаль, пока за очередным поворотом вдруг не возникла в лучах закатного солнца она. И сразу как-то мысли эти очень глупыми показались. Верующий ты, неверующий, а стремиться ввысь по пыльной тропе к чему-то высокому и прекрасному — нужно это человеку, нужно. Особенно если дел там на два часа в оба конца.

Короче, будете в Сантьяго — поднимитесь на холм, не пожалеете.

А ещё там на макушке, чуть ниже богородицы — смотровая площадка, велосипедисты, развевается флаг и открывается захватывающий дух вид — на город, и на цепочку гор, к которым город прилип. И оно как выходит: вот построили в городе небоскрёб — большой, хороший, самый высокий в Южной Америке. Да только холмик где стоит дева Мария и велосипедисты на макушке тусят — выше. А горы — настоящие, с заснеженными вершинами, к подножию которых это всё липнет — и того выше, и туда уже не водрузишь ни фуникулёр, ни статую, ни велосипедистов. И видны почти отовсюду.

Странно оно должно быть, постоянно жить с таким напоминанием о собственной незначительности.

Поездку подгадал так, чтобы в день солнцестояния уже быть там и встречать в этот день солнце, поднмающееся из-за гор — во второе для себя летнее солнцестояние в этом году, в качестве компенсации за дождливое и неприветливое утро 21 июня в Москве. И опять не повезло: в бескомпромиссно солнечном Сантьяго это утро (только оно и только в восточной части неба) выдалось пасмурным.

Впрочем, и так тоже хорошо.

Текст спасён из гибнущего ЖЖ: https://breqwas.livejournal.com/316356.html

El sueño tontísimo

Сбылась мечта идиота.

Она у меня давно была, мечта эта, но я не слишком распространялся, потому что очень уж глупая. Но — была: очень хотелось потискать и пообнимать ламу! Пушистую, настоящую!

Ну, в общем. Вот. :)

Вообще-то в центральном регионе Чили лам не разводят, это зверь более северный — Перу, Боливия. Но на север я пока не еду, а шансов найти ламу (вне зоопарка) в Сантьяго было всяко больше чем Москве. А где конкретно искать — так я пошёл на форум, спросил — и, несмотря на идиотскость вопроса, мне ответили.

Тискать ламу оказалось даже круче чем я себе представлял. Оня мягкая, шерстяная, пахнет каким-то сеном (вот ей-богу, не этого запаха я ожидал от животного на тридцатиградусной жаре), вживую ещё симпатичнее чем на фотографиях, и вообще в целом — как мягкая игрушка, но только лучше, приятнее и живая. А ещё — я не знаю, все ли такие, но конкретно эта явно любила гладиться. Знаете, как кошки об руку ластятся и об ногу трутся? А вот представьте, что о вас вот точно так же трётся целая лама! Круто, да? :)

Ну или не целая, а целый. Я спросил, как её зовут («cómo se llama esta llama?», глупейшим образом вопрос звучит), и зовут его Педро. Серьёзный такой джентльмен, вон и шляпа тоже есть. А что гладиться любит — ну так а кто не любит? Все любят, просто сказать стесняются. А ламе стесняться нечего.

Чёрт, хочу ещё. :) Разведения лам в Москве мне наверное не потянуть, но если поеду когда-нибудь ещё в отпуск в Южную Америку — Боливия или Перу явно попадут в маршрут.

Вы себе даже не представляете, какая эта лама клёвая.

Текст спасён из гибнущего ЖЖ: https://breqwas.livejournal.com/315996.html

La sesión irlandesa

Сантьяго-де-Чили, вечер воскресения. Что я делаю в свой первый день в стране на другом конце глобуса? Правильно, слушаю как местный сейшн невстрояк играет Banish Misfortune. И мне нравится!

Вот, на Morrison’s перешли.

Текст спасён из гибнущего ЖЖ: https://breqwas.livejournal.com/315722.html

Антофагаста наша

Тем временем в Чили Боливии нет, всё-таки в Чили.

Правительство Чили предупредило, что не примет посредничества папы Франциска в вопросе о требованиях Боливии о выходе к морю. Правительство Мишель Бачеле отреагировало на заявления президента Эво Моралеса, который подчеркнул интерес папы к спору между этими странами о тихоокеанском побережье.

Чили не примет посредничества третьих сторон в требовании Боливии суверенного выхода к Тихому океану, так как речь идёт о сугубо двустороннем вопросе, заявил в понедельник канцлер страны, Эральдо Мунёс.

Заявление Мунёса было сделано после того, как боливийский президент, Эво Моралес, рассказал в интервью в эти выходные о том, что папа Франциск расспросил его об истории вопроса и обрисовал своё возможное участие в разрешении конфликта.

В апреле прошлого года Боливия обратилась в Международный суд ООН; это продолжает её длящуюся десятилетиями борьбу за восстановление выхода к Тихому океану, потерянного после войны с Чили в XIX веке.

«Чили не принимала в прошлом, не принимает и не примет ничьего посредничества в этом сугубо двустороннем вопросе, касающемся только Чили и Боливии», сообщил Мунёс журналистам после встречи с консультативным комитетом по вопросу о боливийских требованиях.

«Чили никогда будет рассматривать возможность уступки свой территории под давлением или при посредничестве какой угодно третьей стороны. Это абсолютно ясно для нас, тем более когда против нас есть иск в Гааге», добавил он.

Моралес поднял вопрос о возможном участии папы в споре после успешных действий Ватикана по нормализации отношений между Соединёнными Штатами и Кубой.

Чили оспаривает подсудность требований Боливии Международному суду, аргументируя это тем, что соглашение о границах между странами от 1904 года было заключено до подписания договора, устанавливающего юрисдикцию Гаагского суда. Однако, Ля Пас настаивает на том, что хочет не изменить границы, а только обязать Сантьяго предоставить Боливии суверенный выход к морю.

Тихоокеанская война, по итогам которой Чили отжала у Боливии Крым Антофагасту, происходила с 1879 по 1883 год. Прошло сто тридцать лет. Между Чили и Боливией нет дипломатических отношений. На границе между странами — демилитаризованная зона. О том, что Боливия что-то там хочет от Чили про море, я узнал где-то спустя неделю после того, как стал пытаться читать южноамериканскую прессу, настолько часто всплывает вопрос.

Вот же ж блин.

Текст спасён из гибнущего ЖЖ: https://breqwas.livejournal.com/309634.html

Судьба коммуниста

Какая-то совершенно фантастическая история. Даже две, и ни одной я не знал.

Эрих Хонеккер родился в 1912 году в Германской империи, в Сааре, а осознал окружающую действительность — уже под французской оккупацией, со всеми прелестями оккупационного режима плюс капитализма тех времён. Отец был политическим активистом, сын тоже им стал. В десять вступил в пионеры детскую организацию Союза Спартака (некая марксистская организация Розы Люксембург), в четырнадцать — в комсомол Лигу молодых коммунистов Германии, в восемнадцать — в Коммунистическую партию Германии. Съездил в Москву поучиться. На дворе был 1931 год.

В 1933 к власти пришли немецкие фашисты, также известные как нацисты. Коммунистическую партию запретили. Не все, кто запрещает коммунистическую партию — фашисты, но все фашисты запрещают коммунистическую партию. Не нравится она им.

Перед референдумом о вступлении Саара в состав Германии Хонеккер занимался агитацией против; после референдума (90% за вступление) уходит в подполье и, как положено коммунисту, занимается антифашистской деятельностью.

В 1935 году арестован Гестапо и посажен на десять лет.
В 1945 году освобождён наступающей советской армией.

Попал в компанию к немецким коммунистам, бежавшим когда-то в СССР, а теперь вернувшимся после изгнания — и просто домой, и чтобы строить новое немецкое социалистическое государство и рулить им, в той мере, в какой СССР отпускал вожжи.

С начала 50х Хонеккер — видный партийный деятель. С 1971 года — первый секретарь правящей Единой социалистической партии Германии и руководитель государства.

В 80х в СССР начинается Горбачёв и перестройка. А в ГДР не начинается, руководство ГДР и лично Хонеккер против. СССР перестаёт поддерживать правительство ГДР, ГДР трясёт. В 89м падает стена, Хонеккера смещают с должности и пытаются запустить против него уголовное преследование.

Сначала он попадает под домашний арест на месяц, потом под настоящий, но в итоге его отпускают в связи с состоянием здоровья (рак). От греха подальше, он с женой селится на советской военной базе — а точнее, в её больнице.

В 1990 году правительство объединённой Германии выписывает новый ордер на арест, но достать его с советской базы было уже нельзя. В 1991 году советским самолётом с советского аэродрома в Германии Хонеккера и его жену забрали в СССР.

Формального политического убежища, однако, ему не дали, да и заканчивался уже тот СССР. И Хонеккер идёт в посольство Чили в Москве, чтобы просить убежища там.

Но при чём тут Чили?

В 1970 году президентские выборы в Чили во главе широкой левой коалиции выигрывает социалист Сальвадор Альенде. В 1973 году его свергает фашистская хунта — настоящая, можно сказать эталонная фашистская хунта — которая потом станет диктатурой Аугусто Пиночета. Коммунистов и социалистов кого убивают, кого сажают. Некоторых, после тюрем, пыток, лагерей, высылают из страны.

Как когда-то СССР принимал бежавших от фашизма немецких и испанских коммунистов, так после 1973 Восточная Германия приняла тысячи бежавших от фашизма чилийских коммунистов и социалистов.

Среди них был Клодомиро Альмейда, чилийский политик.

В 18 лет вступил в Социалистическую партию Чили, и так социалистом и остался. Пошёл в политику, с 1952 года то депутат, то министр (в Чили была демократия). Вошёл в правительство Альенде, на момент переворота — министр иностранных дел.

После переворота был отправлен в концлагерь на острове Досон, необитаемом острове южнее Магелланова пролива (и испанская википедия особо уточняет про «принудительный труд при температурах ниже нуля»), потом — в изгнание. Жил в Восточной Германии и Мексике.

В 1987 году тайно вернулся в Чили — перешёл Анды верхом на муле (серьёзно!) и публично о себе заявил, ко всеобщему удивлению. Попал в тюрьму и стал первым и единственным человеком, чьи действия были объявлены «неконституционными» Конституционным трибуналом Чили. «Все действия лиц и групп, направленные на распространение доктрин, угрожающих семейным ценностям, на пропаганду насилия или идей об обществе, государстве или законном порядке тоталитарного характера, либо основанных на классовой борьбе — запрещены и противны установленному порядку Республики», восьмая статья пиночетовской конституции 1980 года.

Все фашисты почему-то очень любили семейные ценности, а коммунистов и классовую борьбу — нет.

В 1990 году диктатура Пиночета закончилось (путём, как ни странно, референдума), к власти пришла широкая левоцентристская коалиция. В 1991 году, после почти тридцатилетнего перерыва, торжественно открылось посольство Чили в СССР, послом стал Клодомиро Альмейда.

Вскоре в посольство к шестидесятисемилетнему чилийскому социалисту пришёл семидесятивосьмилетний немецкий коммунист, и попросил убежища.

Эрих Хонеккер стал личным гостем посла Чили Клодомира Альмейды, вопреки желанию чилийского правительства, и в память о всех тех, кому дала убежище Восточная Германия когда-то.

Ненадолго. Германия (уже ФРГ) требовала выдачи; СССР вокруг посольства закончился и началась Россия, которая тоже была всячески за; новое правительство Чили ругаться с ведущими мировыми державами из-за не относящейся к Чили ерунды не желало. Демократически избранный президент Чили Патрисио Эльвин лично пообещал Гельмуту Колю, что Хонеккер покинет посольство.

Летом 1992 года посол Чили в России был отозван, Хонеккер — выдворен из посольства, депортирован из России в Германию и посажен в ту же тюрьму, где сидел при Гитлере.

Я в меру своих сил и понимания проследил эти истории по английской и испанской википедиям, догугливая недостающее, но знаете, откуда я о них узнал? С сайта КПЛО. Тех самых, да. В давней статье к двадцатилетию падения берлинской стены историю Хонеккера пересказали, Альмейды — упомянули, и я, не поверив, полез проверять. Мне как-то не приходило в голову, что руководство ГДР было не абы кем, а настоящими, тёртыми жизнью идейными коммунистами, вроде Ленина и Гевары, и уж тем более не верилось, что жизнь способна на такие кульбиты.

Оказывается, способна.

И, кстати, статьи в вики про чилийских коммунистов и про события 73го года по-английски и по-испански отличаются по тону почти как статьи про нынешние украинские дела в русской и украинской википедии.

Хонеккера судили по обвинению в преступном приказе на открытие огня на поражение по нарушителям границы между Германиями, но ни к чему не присудили; в 1993 году он был освобождён и всё-таки уехал в Чили, к семье. Умер в 1994, на восемьдесят втором году жизни, похороны организовала Коммунистическая партия Чили.

Альмейда с потерей поста посла в 1992 году также вернулся в Чили, покинул политику и ушёл в частную жизнь. Умер в 1997, на семьдесят пятом году жизни.

Текст спасён из гибнущего ЖЖ: https://breqwas.livejournal.com/307977.html