Выборы через интернет или по почте: вам не следует этого хотеть

Дисклеймер: у меня немалый опыт наблюдения на выборах — в основном в России, пару раз на Украине. Мне кажется что я кое-чего понахватался — поэтому, в надежде что моё мнение чего-то стоит, хочу записать что думаю про «нестандартные» формы голосования.

Ещё дисклеймер: я не то чтобы очень слежу за выборами в США, любимого кандидата у меня там нет.

Пост начался как комментарий сюда, но получилось длинно.

* * *

Чего в целом следует хотеть от процедуры волеизъявления на выборах? Ну, лично мне, среди прочего, хотелось бы такого:

— голосуют только те, у кого есть право голоса
— проголосовать можно только один раз
— голосование тайное: нет способа проконтролировать, за кого человек проголосовал
— внешний наблюдатель может убедиться в корректности процедуры

Как организовать такую процедуру, чтобы это всё было?

Вы удивитесь, но «классическая» схема голосования — с бумажными списками избирателей, бумажными бюллетенями, кабинками для голосования и урнами для бюллетеней — при добросовестной организации работает в этом смысле гораздо лучше, чем о ней принято думать.

Голосуют те, у кого есть право голоса? Да, избирательная комиссия проверит документы перед тем, как выдать бюллетень. Голосовать можно один раз? Да, каждый избиратель приписан к конкретному участку, при выдаче ему бюллетеня в списке избирателей сделают отметку, и второй раз уже не выдадут — а на «чужом» участке голосовать нельзя. Нет способа проконтролировать, за кого человек проголосовал? Да, его нет: галочка тайно поставлена в кабинке для голосования, и эта тайна навсегда растворяется в урне для голосования уже через несколько секунд.

Есть схемы давления на избирателей, которые пытаются эту тайну «взломать» — можно потребовать у избирателя фото бюллетеня, или можно выдать уже заполненный, а взамен потребовать вернуть чистый — но и в этом случае у избирателя есть возможность извернуться, испортив бюллетень: поставил галочку, сделал фото для отчёта, поставил ещё галочек — а дальше бюллетень можно бросить в урну так или попросить у избирательной комиссии новый взамен испорченного. Сложно? Да, сложно — но эта возможность есть.

Вот этот момент стояния в кабинке и принятия собственного, тайного решения о судьбе своего голоса — он в этой схеме голосования есть, и его не следует недооценивать.

Ну и конечно внешнее наблюдение. «Взломать» классическую схему с урнами и бюллетенями так, чтобы внешний наблюдатель (если он есть) ничего не заметил — это не так-то просто. Всё же на виду: вот с утра пустые урны, вот чистые списки избирателей. Весь день избиратели получают бюллетени, расписываются за них в списках, кладут бюллетени в урны. Вечером по спискам подсчитываем, сколько бюллетеней должно быть в урнах, потом вскрываем урны и пересчитываем бюллетени там. Если их там сколько должно быть или чуть меньше — ОК, если больше — был вброс.

Всё это происходит в одном помещении, в ограниченные сроки и на виду у каждого, кто желает смотреть. Внешний наблюдатель либо видит, что всё хорошо, либо видит, что от него что-то пытаются скрыть (не показывают чистого списка или чистых урн до, не дают убедиться в корректности подсчёта списков или бюллетеней после, не пустили на участок вообще, etc) — и делает выводы.

Один из известных способов «взломать» эту схему — т.н. «карусель». Группа граждан приходит на чужой участок, там находящийся с ними в сговоре член избирательной комиссии выдаёт им бюллетени, записывая их в список под именами тех, кто имеет право на этом участке голосовать. Группа граждан голосует и едет на следующий.

Схема эта сложна, дорога, плохо масштабируется, оставляет бумажный след и требует сговора очень большого количества людей — самих карусельщиков, членов избиркомов, организаторов карусели — и потому легко вскрывается, если есть кому вскрывать.

Но как только голосование выходит за рамки «классической» схемы, всё становится сложнее.

* * *

Возьмём, например, голосование через интернет.

Во-первых, встаёт вопрос доверия к организатору голосования. Окей, есть сайт где можно голосовать, и который потом расскажет результаты, а как узнать что результаты верные? Всё крутится на серверах организатора, и зайти туда по ssh внешнему наблюдателю никто не даст (и правильно сделает). Мечта фальсификатора: достаточно одному человеку в одной базе данных подправить пару строк — и всё. Шито-крыто.

«Блокчейн!», подумаете вы, и усугубите следующую проблему:

Во-вторых, голосование через интернет нарушает тайну голосования — потому что даёт третьим лицам возможность контроля над процессом волеизъявления.

Как бы сильно эти третьи лица ни стращали избирателей, в классической схеме избиратель всё равно ставит галочку тайно, в кабинке для голосования, и после того, как бюллетень брошен в урну — никто никогда не узнает, где именно она стояла. Если же голосование происходит через интернет, то «зависимых» избирателей — бюджетников, военнослужащих — достаточно завести в кабинет к начальству, где стоит компьютер с открытым браузером, и сказать: «голосуй». И проследить что голосуют «как надо».

Ещё в классической схеме не так-то просто купить чей-то голос: деньги избиратель возьмёт, но поставит ли галочку куда обещал? Голосование же тайное, причём принудительно тайное. Но если дело происходит через интернет, то достаточно попросить избирателя проголосовать на сайте при скупщике и только потом расплатиться.

Окей, скупка голосов и принуждение к голосованию — дело незаконное, а как насчёт схемы поцивилизованнее? Вот такой: агитаторы кандидата Х проходят по домам и задают вопрос: «за кого хотите голосовать?». Если избиратель отвечает «за кандидата Y», то с ним прощаются, а если «за X» — то «о, а вы знаете, что вы можете проголосовать заранее через интернет? давайте мы вам поможем!». И помогут.

Предположим, лично вы имеете твёрдый характер, давлению не поддаётесь и таких агитаторов шлёте — но не все имеют твёрдый характер. Кто-то хотел сделать приятное этим милым девочкам-агитаторам (чего не сделаешь ради девичьей улыбки). Кто-то назвал Х, потому что если открыто поддерживать Y, то на работе/учёбе будут проблемы. Кто-то вообще на выборы не собирался. Кто-то на самом деле сомневается и окончательное решение принял бы позже, но тут пришли эти вот… ну и ладно, бог с ними.

Ничего такого уж очевидно плохого в этой схеме нет, но точно ли мы хотим превращать выборы в соревнование о том, у кого агитаторы наглее и лучше на людей давить умеют?

И кстати про блокчейн. Часто электронные голосования для обеспечения прозрачности позволяют человеку подтвердить, что его голос засчитан правильно — путём публикации посоленных хэшей голосов, где соль известна только проголосовавшему, или добавления их в блокчейн, или ещё чего-нибудь в этом роде.

Но если вы можете подтвердить для себя, что вас голос засчитан правильно, то вы можете подтвердить это и для кого-то ещё. И какие тут открываются возможности!

Облегчается «зависимое» голосование. Нет нужды заставлять зависимого избирателя голосовать при начальстве, достаточно проверить пост-фактум.
Сильно облегчается «скупка» голосов. От продавшего голос избирателя теперь можно потребовать подтверждения.
Появляются возможность «общественного» давления на избирателя. «Говоришь, что голосовал за X? Докажи! А то что-то мы думаем, что ты Y supporter, а таким в нашем коллективе не место!».
И так далее.

И вот стоит ли экономия на бумаге всех этих проблем?

* * *

Попробуйте посмотреть таким взглядом на другие формы голосования, которые выходят за рамки «классической» схемы: голосование по почте, голосование на voting machines вместо бумажных бюллетеней, досрочное голосование, многодневное голосование — вы увидите везде те же проблемы: либо нарушается прозрачность процедуры, либо тайна голосования, либо и то, и другое.

Интересно заметить, что у нас про эти проблемы все всё понимают. Когда кровавыйпутинскийрежим™ пытается ввести голосование по почте (уже передумали, «оно сопровождается скандалами обычно: невозможно наблюдать, контролировать» — да, всё так) или через интернет (ввели, получили принуждение к голосованию и сливы данных), про-демократическая либерально настроенная общественность выступает против и верно указывает на эти проблемы.

И ещё интереснее то, как за океаном прогрессивная либерально настроенная общественность отрицает возможность существования этих проблем вообще. Там люди на полном серьёзе годами борются против того, чтобы у избирателей при выдаче бюллетеня спрашивали документы — «Voter ID Laws Are Discriminatory». Там пишут заголовки в духе «Trump makes unsubstantiated claim that mail-in ballots will lead to voter fraud», где «unsubstantiated» аргументируется тем, что «мы тут поисследовали, и кажется такого обычно не происходит» (надеюсь, эти люди не занимаются информационной безопасностью). Там, наверное, мне не удалось бы написать этот пост, не испортив отношений с кем-нибудь, и не прослыв conspiracy theorist и trump supporter.

Дичь, разве нет?

Я не думаю, что меня читает так уж много граждан США с правом голоса, так что трампосрача надеюсь избежать (дисклеймер: я не trump supporter), но мы все где-нибудь избиратели. Не сейчас, так потом, в Прекрасной России Будущего — или Прекрасной Белоруссии Будущего, или ещё где-нибудь.

И как по мне — избирателю хорошо бы помнить, что задача «чтобы президентом/депутатом/мэром стал X, а не Y» — это важно, но задача «чтобы президентом стал тот, кого хочет видеть президентом большинство» — важнее.

И для её достижения хорошо бы иметь прозрачные, надёжные, устойчивые к атакам и попыткам манипуляций процедуры. Даже если кандидат Y их тоже поддерживает.

Благотворительность

Религиозные тексты говорят о том, что о своей благотворительности нужно помалкивать, иначе — грех. Однако, все получатели помощи просят делать ровно обратное: им такая реклама очень помогает собрать ещё денег на хорошее дело. Вин-вин, фактически: и сам похвастался, и другим помог.

Ну что ж, будем грешить.

— только что задонейтил 5000 ₽ команде Навального, shtab.navalny.com. Выздоровеет он или нет — не знаю, но очень важно чтобы его команда продолжала делать расследования и заниматься политикой. На энтузиазме далеко не уедешь, нужны деньги. Закиньте им сколько-то, от вас не убудет.

— подписан на ежемесячный платёж на 3000 ₽ в БФ «Волонтеры в помощь детям-сиротам», otkazniki.ru. У всех свой подход, но если я жертвую деньги на что-то, что мне самому не нужно, я хочу чтобы эти деньги использовались эффективно. Математика в таких ситуациях горька, но уместна: когда собирают 10 млн рублей на то, чтобы послать больного раком трёхлетнего ребёнка лечиться за границу — это значит что все ваши деньги достанутся заграничным врачам (а скорее даже хозяевам клиники), а ребёнок скорее всего всё равно умрёт: от излечимых болезней лечение по 10 млн не стоит. Тем временем, на эти 10 млн можно помочь сотне-двум здоровых детей, которые рискуют оказаться искалеченными нашей детдомовской системой, и шансы ремиссии куда выше.

— подписан на ежемесячный донейт €10 в пользу Radio Siamsa, siamsa.ie. Не думаю, что они так уж нуждаются, но уж больно я люблю это радио: только ирландская традиционная музыка, отборного качества, без рекламы. Горячо рекомендую (слушать, по крайней мере).

Опыт показывает, что донейтить нужно столько, сколько вам не жалко — всем будет лучше, если после первого пожертвования вас не задушит жаба и второе и третье пожертвование тоже состоятся.

Дания

Говорят, если в тюрьме тебе дали ложку с дыркой, то всё, хана тебе, петушара. Так вот, сходил я тут в магазин…

Главный культурный шок от страны: то, что в Москве в Стардогс продают под названием «датский хот-дог» — это действительно датский хот-дог! Там он называется просто «хот-дог», но это именно он. Кто бы мог подумать.

Плюс один метрополитен в коллекцию: копенгагенский. Он новый и моднявый, с полностью автоматическими поездами. В первом/последнем вагоне — панорамное окно, можно у него встать и играть в машиниста :)

Иногда кажется что и не уезжал. Если в NL не жить и всяких мелких городских деталей не знать, то поди догадайся что это не там:

Интересно что главное палево на картинке — не архитектура и даже не мощение тротуара (хотя конечно и оно тоже), а электросамокат. По неизвестной мне причине электросамокаты, моноколёса и прочие средства передвижения такого рода в NL полностью отсутствуют.

* * *

Памятник русалочке от дурацкой надписи отчистили, и он снова прекрасен:

…был бы, если бы не выглядел на самом деле вот так:

И это сейчас, когда туристов из-за короны сильно меньше обычного. Что же там в обычное время? Очередь на полчаса?

Как бы научиться находить таких русалочек, про которых все остальные ещё не знают, а.

* * *

Ещё Дания, оказывается, тоже ковид-диссидентствует: маски там не требуются вообще нигде, кроме аэропорта. Есть рекомендация от правительства их носить в транспорте в час пик, но не более того. При этом корона в стране успешно укрощена, результаты даже лучше чем в NL.

Вот ведь парадокс: если о том, что маски носить не нужно, говорит премьер-министр Дании или Нидерландов (а он говорит, со ссылкой на гос. медиков), то это вроде как норм. А когда то же самое говорит просто человек (ну или скажем Дональд Трамп), то его прогрессивная общественность с говном смешает: идиот, retard, отрицатель науки, отравитель колодцев и человеческий мусор. Вот как оно так получается?

* * *

Зная, как голландцы хейтят Heineken («это самое никакое пиво из возможных! они позорят нашу страну!»), поспрашивал, что думают датчане про свои два главных пивных бренда — Tuborg и Carlsberg. Нет, ничего подобного: вполне горды.

В датских барах и ресторанах разливное пиво по умолчанию — Tuborg Classic, и он так хорош, что я только что попытался найти его в супермаркете здесь. Не нашёл…

* * *

Ещё в Дании есть Леголэнд. Я не то чтобы фанат лего, и пошёл туда скорее за компанию, но очень рад что попал и горячо рекомендую. Аттракционы — ну, обычные, но мини-город!

Это лего-модельки датских и соседских с Данией городов и стран. Амстердам у них получился куда разноцветнее настоящего :)

Там по лего-городам ездят лего-поезда и лего-машинки, а по мини-рекам и каналам плавают лего-корабли, которые проходят под разводными лего-мостами и перемещаются вверх-вниз через лего-шлюзы. Шлюзы! Я купился с потрохами :)

Кстати, не только Леголэнд рекомендую, в целом парки аттракционов. Необязательно с детьми, ходите просто компанией друзей, если есть возможность — и особенно если в детстве не ходили. Кататься на американских горках, пуляться из брызгалки на лодке по другим лодкам, играть в 3d-стрелялку, рассматривать всякие интересные штуки и кушать мороженое весело в любом возрасте! Взрослому даже лучше: если хочется второй раз на горку, третье мороженое или в четвёрый раз в стрелялку — всё можно, некому запретить :)

* * *

Очень, конечно, здорово снова куда-то съездить. Когда и куда в следующий раз — неизвестно, конца и края короне не видно. Но я рад что вырвался.

Дания хороша.

Правительство курильщика

Полгода назад, в середине марта, авиасообщение над Европой фактически остановилось и не восстановилось до сих пор. Все рейсы поотменялись, авиакомпании оказались на мели.

Тем не менее, Еврокомиссия ещё 18 марта подтвердила право пассажиров на возврат денег за билет на отменённый рейс деньгами, а не ваучером: если авиакомпании хотят выдавать ваучеры, они могут сделать их привлекательнее чем просто возврат, но право получить назад деньги за неоказанную услугу за пассажирами сохраняется. Потом подтвердила то же самое ещё раз 13 мая, высказавшись в том смысле, что авиакомпании сейчас и так спасают за счёт денег налогоплательщиков, и использовать для спасения заодно и деньги неудачливых пассажиров — не годится. Авиакомпании со скрипом, но стали возвращать деньги.

Так поступает правительство здорового человека.

Тем временем, у нас:

— с марта и по июль Аэрофлот никому никаких денег не возвращал, хотя должен был, и ничего ему за это не было
— в июле вышло им же пролоббированное постановление правительства о том, что может и не возвращать, а предлагать вместо этого ваучер
— вплоть до самых недавних пор Аэрофлот продавал у себя на сайте билеты на запланированные ещё до короны международные рейсы, которые все как один «отменялись» незадолго до вылета, а вместо возврата денег предлагал купившимся лохам все те же ваучеры
— а восемь миллиардов рублей господдержки, которые Аэрофлот получил ещё в июне, видимо ушли на что-то ещё.

Так поступает правительство курильщика.

* * *

У меня на момент начала коронакризиса были на руках билеты KLM, AirSerbia и Аэрофлота. KLM деньги вернул, AirSerbia вернула, Аэрофлот прикарманил €500 себе. €500, блеа! Что делать-то? Острой нужды в этих деньгах нет, но обидно.

По уму, нужно не выпендриваться и взять ваучер, тем более что скорее всего пригодится (если, конечно, не будет с ним как с «ваучерами» наших родителей в 1993).

По дурному упрямству внутреннему чувству справедливости, нужно упереться и пойти в суд за те €130, которые приходятся на исходящий рейс из ЕС — на них распространяются правила ЕС, даже если авиакомпания не из него. Контор, которые за мелкий прайс за такие суды берутся, предостаточно.

Как бы поступили вы?

Карантин в Нидерландах: свобода лучше, чем несвобода

Тем временем, Нидерланды успешно откарантинились и понемногу снимают те немногие ограничения, что были введены в середине марта. Статистика по заболевшим здесь не показательна, потому что выявлять их всех власти даже не пытаются (инструкция такая: если у вас симптомы короны — ни к каким врачам не ходите, никаких тестов не делайте, сидите дома, пейте парацетамол, и только если стало трудно дышать — вызывайте скорую), главный индикатор — число госпитализаций с короной. График по дням такой:

То есть, от сотен госпитализаций в день перешли к единицам. Валидность этого графика подтверждается ещё одним, собранным из других данных:

Это общая смертность в Нидерландах по неделям за этот и прошлые годы. Видно что был всплеск (и по нему выходит, что всего «излишних» смертей за время эпидемии было 9 тыс, на 3 тыс больше чем зарегистрировано коронасмертей), но видно что он закончился.

И ещё один важный график, число коронапациентов в реанимации. Сейчас он выглядит так (красное — коронапациенты, серое — прочие пациенты в реанимации):

…но на пике кризиса его обычно рисовали вместе с общим числом коек в реанимации в стране, которое в марте-апреле спешно учетверяли:

Успели едва-едва (правительство ещё получит своё за «оптимизацию» здравоохранения в прошлые годы), и несколько десятков больных пришлось вывозить лечиться в Германию, но успели. Курва была успешно сплющена; все, кого имело смысл лечить — получили лечение. Можно понемногу выдыхать и осматриваться.

* * *

А видно вокруг вот что: Нидерланды известны как страна, где правительство и общество стараются не запрещать то, что можно не запрещать. Так вышло и в этот раз.

В новостях пишут про ковид-диссидентов Швецию и Белоруссию, но вообще-то здесь локдауна тоже не было. Был «умный локдаун», как его называл премьер — но это, конечно, громко сказано. Так, небольшие ограничения. Что запретили:

— массовые мероприятия
— контактные профессии (парикмахеры, массажисты, проститутки…)
— обслуживание в кафе и ресторанах
— приближаться друг к другу ближе чем на полтора метра тем, кто не живёт вместе.

И всё. Ещё была просьба от правительства работать из дома всем, кто может, и не ездить на общественном транспорте, если можно на нём не ездить, но запретов не было.

То есть, были открыты все магазины, рестораны и прочие бизнесы, которые посчитали нужным оставаться открытыми (магазины — с ограничением на число одновременных посетителей, рестораны — на вынос). Работал весь транспорт, и можно было, например, съездить к другу в гости в другой город (правительство просило этого не делать, но не запрещало). Не закрывались парки и пляжи (но полиция приглядывала за соблюдением «правила полутора метров») — можно было, например, сесть на велосипед и поехать на море. Я ездил. :) Не закрывались ни аэропорт — KLM продолжал летать везде куда мог (в Минск и Стокгольм, лол), ни наземные границы — но правда на границе с Бельгией выставило заставы и понастроило баррикад уже бельгийское правительство. Не вводились никакие ограничения на въезд и выезд сверх тех, что ввёл ЕС (для сравнения: вы же помните, что сейчас нельзя не только въехать в Россию, но и выехать из неё?). А главное — я ни дня не просидел взаперти, и ни дня не носил цак намордник маску.

И даже «шашлычников» никто не запрещал, представляете? Ну сами посудите: члены одной семьи на собственном транспорте отправились на природу, расположились на свежем воздухе вдали от других граждан, пожарили и съели своё барбекю, и на том же транспорте вернулись домой — кого они могли так заразить? Зачем им это запрещать?

Ах, да, штрафы. Штрафы за нарушение коронаправил есть, и неслабые — €390 для частных лиц, огого! Но собрано их было за два с половиной месяца всего несколько тысяч на всю страну, потому что нужно быть ну очень непонятливым, чтобы его получить: полиция сначала просит по-хорошему, это официальная позиция.

И вот, несмотря на такой лайтовый режим — лайтовый не только по сравнению с Италией/Испанией или той дурью, что творится в Москве, но и с соседями, вроде той же Бельгии — эпидемия успешно сбита. Графики вы видели, особых причин им не доверять нет. Как вам такое?

Свобода — это важно, ребята. Я не пользовался общественным транспортом с середины марта, со дня ввода «умного локдауна» — и потому что я добропорядочный гражданин (попросили не пользоваться — не пользуюсь), и потому что мне, в общем-то, далеко никуда не надо, а близко я на велосипеде доеду — но то, что мне никто не запрещал этого делать, дорогого стоит.

В удачном месте мне довелось эту вашу корону пересиживать, в общем.

* * *

Но, с локдауном или без, жизнь хоть и не остановилась, но поменялась. Весна выдалась тёплая и солнечная, и после первых недель оцепенения и пустых улиц в марте, к апрелю город зажил снова, по-новому.

Главная примета времени — это, конечно, «растянутые» очереди. Супермаркеты ограничивают число посетителей внутри, магазины поменьше часто запускают внутрь и вовсе по одному или по двое — и все, кто раньше был бы внутри магазина, теперь ждут снаружи. Очередь в супермаркет, очередь в хозяйственный, очередь в алкогольный, очередь за мороженым, очередь за пиццей, вело-очередь в пункт обслуживания арендных велосипедов. Видите «следы» на заглавной фотографии? Это не попавший в кадр кофешоп разметил, как стоять очереди в него (она туда почти всегда и стоит, между прочим — потому что отличный кофешоп с качественным и недорогим, гм, кофе, а не tourist trap, каких большинство). Все эти очереди выглядят очень масштабными из-за полутораметровой дистанции между людьми, но проходят быстро.

Но есть перемены и интереснее. Например, Амстердам заговорил по-голландски.

Обычно здесь много туристов — oчень много туристов — и лицо города определяли они, по крайней мере в центре. На туристов работало почти всё — магазины, рестораны, музеи, любые бизнесы. Пахло травой, слышался весёлый гомон на всех языках мира, по вечерам конная полиция «демонстрировала присутствие» в ключевых точках от греха подальше, а на улицах бывало сильно насрано. Так вот, теперь всего этого нет.

И давно вытоптанные улицы центра вдруг расцвели. Исчезли толпы, исчезли гам и срач. Жители центральных улиц стали выставлять столики у своих дверей и распивать винцо, сидя за ними. Рестораны стали выставлять перед своими закрытыми входами стойки с торговлей «на вынос» всякими коктейлями и сэндвичами (с вывесками по-голландски), а горожане — покупать их и фланировать с ними вдоль каналов, мило общаясь с соседями (по-голландски). Квартал красных фонарей стал сонным спальным районом с идиллическими домиками над каналами (и в прессе идут разговоры о том, чтобы его таким и оставить, а секс-индустрию выселить куда-нибудь на окраины). Я перестал закрывать на ночь окна со стороны проходной улицы — никто не шумит больше. Всё стало мирно, душевно, по-домашнему и как-то «по-староевропейски». Парадокс: не за этим ли сюда ехали туристы, из-за которых всего этого тут раньше не было?

Впервые за десятилетия город стал принадлежать тем, кто в нём живёт — и это всем понравилось. Кроме работников туристической отрасли, конечно.

* * *

Собственно, да, о поддержке государством пострадавших отраслей. Я же нынче тоже работник туристической отрасли, которая вся разом обнулилась (прямо как президент РФ) — и помощь от государства не напрямую, но досталась и мне. Правительство видит своей целью в первую очередь сохранение рабочих мест: с апреля по июнь всем предприятиям, у которых исчезли или значительно упали доходы в связи с короной, государство субсидирует до 90% фонда оплаты труда под условие никого не увольнять. Не кредиты, не налоговые вычеты — просто деньги. Так вот: мой работодатель на эту субсидию подался и её получил.

Я не гражданин страны, даже не постоянный резидент, так — kennismigrant, высокооплачиваемый гастарбайтер. Нидерланды мне ничего не должны и ничем не обязаны. Но прямо сейчас порядка 70-90% своей очень немаленькой даже по местным меркам зарплаты я получаю, фактически, не от работодателя, а от Нидерландов.

У меня нет слов.

* * *

«Правило полутора метров» и запрет на массовые мероприятия с нами ещё очень надолго, но те ограничения, что можно снять, правительство осторожно снимает. С 11 мая заработали детские сады и школы, недавно вновь разрешили работу контактных профессий (кроме секс-индустрии), а сегодня вновь открылись рестораны. Не больше четырёх человек за столик, внутри — по предварительной записи, на улице — опять же, правило полутора метров, заказ только через официанта, без барных стоек — но открылись!

Этот радостный момент и запечатлён на заглавной фотографии.

Теперь бы ещё до открытия баров дожить — сейшна все были в них, и уже третий месяц как ирландскую музыку играть негде. Ну ничего, дождёмся. Если не уволят, конечно: поддержка поддержкой, а туриндустрия всё ещё обнулена. Впрочем, про защиту прав трудящихся на родине капитализма — в другой раз.

А пока — живём, и неплохо живём.

А у вас как?

Зомби-апокалипсис: Нидерланды (на самом деле нет)

Кто как, а лично я на «карантине» с конца февраля: месяц назад в нашем офисе (одном из многих) был небольшой пожар, и все сотрудники отправились работать из дома. Две недели я так просидел и взвыл: договорились с командой, что будем-таки ходить работать в другой. Проработали мы там четыре дня :)

* * *

Начало распространения вируса Нидерланды прохлопали. Не знаю уж, можно ли их в этом винить — не-прохлопавших правительств на планете мало. Но, так или иначе, ещё в прошлый вторник, глядя на прибывающие цифры заболевших (процент инфицированных кое-где в Брабанте был чуть ли не как в Ухане перед локдауном), я купил небольшой НЗ и стал морально готовиться к тому, что в Ирландию в апреле и в Сербию в мае я не еду. Увы, не ошибся…

В прошлый четверг правительство попросило всех, кто может работать из дома, начать это делать, и отменило все массовые мероприятия — но, однако, не закрыло школы: потому что дети не в группе риска, а ещё «нас останавливает то, что социальные последствия этого шага будут очень велики, потому что родителям тоже придётся остаться дома. А они работают там, где они нам очень нужны: в больницах и в пожарных бригадах», как сказал Рютте. За что был, естественно, на ближайшей сессии парламента немедленно съеден с говном представителями ультраправой оппозиции (Нидерланды — страна с парламентской формой правления, и срачи в парламенте по текущим вопросам — норма, очень занимательное зрелище).

Уже к понедельнику всё стало серьёзнее. Выкатили новые ограничения: закрылись школы и университеты, кафе и рестораны, а публика стала сметать с полок супермаркетов еду. Закрылись кофешопы! :) Команда закрыться в шесть вечера им была дана в пять-тридцать, и вот в эти полчаса были сделаны все те фотографии очередей за марихуаной, которые сейчас гуляют по интернету. Впрочем, уже через день отыграли обратно: мэры городов обратились к правительству с просьбой разрешить продажу «на вынос», потому что нелегальная торговля из-под полы и через интернет за биткоины закладками стала всплывать буквально в тот же день, а зачем это надо? Сейчас ближайший ко мне кофешоп открыт, но у входа табличка «заходить только по одному». И то правда, нашли что запрещать: когда как не сейчас в астрал уходить?

Я, впрочем, воздерживаюсь.

* * *

В общем и целом, всё не так апокалиптично, как вам хотелось бы, любители сочной жареной фактуры :) Локдауна как такового нет — да, много что закрыто, и работать приходится из дома, но ходить на улицу или друг к другу в гости можно, продуктовые магазины открыты, многие рестораны открыты для заказов «на вынос», работает почта и доставка пиццы, работает весь транспорт — разве что туристические кораблики с каналов исчезли. Железная дорога правда сильно сократила количество поездов, но не потому что «ааа мы все умрём», а потому что нет смысла пустые составы гонять. В местных чатиках смищно шутят:

— Железная дорога изменяет расписание: теперь только два поезда в час
— Это что, очередная ранстадская шутка, которую понимают только свои?

Randstad — центральный мегаполис, Амстердам-Роттердам-Гаага-Утрехт, плотно провязанный общественным транспортом; за его пределами с электричками всё не так хорошо

Людей на улицах мало, и если подгадать, то можно наделать фотографий «ааа, город вымер, всё пропало», вот как на заглавном фото — но если не подгадывать, то и пешеходы ходят, и велосипедисты ездят, хотя и меньше чем обычно. У каштана за окном набухают почки, в парке появляется первая зелень и распускаются магнолии, в воздухе пахнет весной.

В парке так и вообще хорошо, такой себе островок нормальности — я сходил один раз на разведку, и теперь хожу туда гулять каждый день. Полно народу — кто бегает, кто с собакой гуляет, кто на велосипеде катается. Тут и там группки занимаются кто йогой, кто фитнесом. Возле памятника Вонделу красивые девушки под рэгги из блютус-колонки прыгают какую-то аэробику, прохожие заглядываются :) Птички поют. Хорошо!

Паническая скупка еды в супермаркетах — факт, и при желании можно нащёлкать фотографий пустых полок «ааа, еды нет, мы все умрём» — но по факту еда есть и её достаточно, об этом в один голос говорят и правительство, и торговые сети. И, похоже, не врут: во-первых, полки пустые далекооо не все, во-вторых — каждый день разные :) В один день не было овощей и хлеба, в другой — риса, шоколада и кетчупа, в третий куда-то делось безалкогольное пиво в банках. Но на следующий всё появляется обратно.

* * *

Рютте (премьер-министр) выступил с телеобращением к нации, если коротко — вирус с нами надолго и простого пути с ним справиться нет (мужайтесь!), так что flatten the curve, а тотальных локдаунов не будет, потому что Нидерланды — открытая страна и открытое общество, и даже если этим временно поступиться и извести вирус китайским способом, то он вернётся снова когда ограничения снимут. Ультраправая оппозиция продолжает его за это есть с говном, но поддержки не имеет.

Правительство выкатило меры поддержки для бизнесов и, главное, для граждан: если ты из-за карантина потерял доход, любым образом — уволили, отправили в неоплачиваемый отпуск, не дают часов на почасовой оплате, ты фрилансер и исчезли заказы — то правительство компенсирует 70-90% дохода. Меня, правда, не касается: я kennismigrant, и вместе со вкусными налоговыми льготами мне положено отсутствие таких вот гарантий. Впрочем, руководство компании высказывается в том смысле, что мы очень прибыльный бизнес, у нас на счетах много денег, и если кто из туриндустрии это пересидит, то это мы. Ещё может и «оппортьюнити» возникнет насчёт отъесть рынок у тех, кто не пересидел :)

Так что спокойно работаем из дома и время от времени играем в бинго:

При этом, конечно, всё очень близко: на рабочую почту уже пришла рассылка про подтверждённый случай в одном из амстердамских офисов: кто-то поймал заразу и пришёл на работу ещё до того как они все закрылись. Вот ровно в том офисе, куда наша команда перебралась после пожара :)

* * *

Финансовые потери от отмены полностью оплаченной поездки в Ирландию — €10: KLM ввёл бесплатную смену дат на любые рейсы, и билеты я поменял на ноябрь, под EnnisTradFest; неотменяемые брони гостиниц Букинг сделал отменяемыми; и только билеты на внутриирландский поезд я сдал со штрафом — те самые €10. Из поездки в Сербию оплачен был только билет до Белграда, но что-то AirSerbia пока не торопится предлагать мне его сдать :)

А в остальном, прекрасная маркиза…

* * *

А у вас как?

For great justice

Вот уже который раз наблюдаю беспощадную меритократию сообщества ирландских музыкантов: то, насколько тебя все любят, почти не зависит от того, кто ты — имеет значение только то, насколько хорошо ты играешь.

Ни на какой работе такого нет даже близко. Музыканты про друг друга прекрасно понимают, кто чего стоит — исполняют все одно и то же, и любой кто играет сам, умеет слышать уровень игры товарища. В офисе чужая деятельность видна совсем не так, там включаются офисная политика, expectation management, умение себя подать, личные взаимоотношения, всякое «исторически сложилось», и людей, взлетающих высоко потому что им повезло оказаться в нужном месте в нужное время, или потому что у них хорошо подвешен язык, каждый повидал немало. Нет, с ирландскими музыкантами так не пройдёт: ты сыграешь рил — и всё: каждый, кто сидит с тобой за сейшновым столом, про тебя уже молча всё понял.

Недавно повезло словить химически чистый пример.

Я был на ирландском сейшне в Сантьяго-де-Чили трижды. В первый раз, четыре года назад, был без инструмента — зашёл, поздоровался, объяснил кто я. Мне кивнули мило, я послушал музыку недолго и ушёл.

Второй раз я был с инструментом, но непохожим на мой, и был неразыгранный и невыспавшийся. К тому же сейшн был явно быстроват для меня, я подключался только на том, что играли медленно «для новичков», а на собственных выходах позорно лажал. Со мной мило перебросились парой фраз, и я ушёл.

И вот в этот приезд я пришёл туда в третий раз. После года регулярной сейшновой практики и регулярных занятий (а не как раньше), с инструментом — точной копией моего собственного (есть там такой), хорошо отдохнувший и разыгравшийся. И на старте сейшна попросил у лидера не играть так быстро — я, мол, не поспеваю. И чего уж там — отыграл очень, ну очень хорошо. Отжигали весь вечер, разошлись в третьем часу ночи.

И вот тут-то все эти ребята — с которыми мы уже два раза вообще-то виделись — стали меня любить, спрашивать как зовут, болтать за жизнь, обмениваться емейлами и обниматься на прощание.

Как я участвовал в уличных протестах: Сантьяго-де-Чили


Надпись на транспаранте: «История — её рассказывают народы». Здесь и далее большие фото по клику.

На всякий случай, дисклеймер: я рассказываю то, что видел и слышал; так, как запомнил. Я могу ошибаться или что-то путать. Это частные заметки в личном блоге. В Чили я просто турист.

* * *

Предыстория, для тех кто совсем не в курсе:

  • 1 октября этого года проезд в метро Сантьяго-де-Чили, столицы страны, подорожал на 30 чилийских песо ($0.04, 2.5 ₽), всего билет стоит 600-700 песо
  • спустя несколько дней в городе началась «кампания гражданского неповиновения»: сначала студенты, а потом и многие другие стали прорываться в метро не заплатив
  • к середине октября эти стычки у турникетов стали перерастать в массовые протесты, с экономическими (зарплаты-пенсии-образование-медицина) и политическими (новая конституция) требованиями

Чили до сих пор живёт по написанной при Пиночете ультра-правой конституции, и это проблема.

  • к 18 октября массовые протесты стали массовыми беспорядками: горят автобусы и поезда метро, в центре Сантьяго строят баррикады, бьют витрины и светофоры
  • 19 октября президент Пиньера (правый, ооочень нелюбимый чилийскими левыми) вводит чрезвычайное положение и комендантский час, в Сантьяго входят войска

В прошлый раз комендантский час и войска в Сантьяго вводил Пиночет, кровавый диктатор и фашист. Чилийцы помнят.

  • 21 октября на улицу вышли уже вообще все: манифестация на 1.2 млн человек в шестимиллионном Сантьяго — это каждый второй взрослый житель города; требуют новую конституцию и отставку Пиньеры
  • правительство уводит армию с улиц, выдвигает пакет «левых» реформ (пенсии, медстраховки, повышение налогов), начинает переговоры с оппозицией и возвращает прежнюю цену на проезд в метро
  • протесты продолжаются, но уже без таких масштабных разрушений
  • 15 ноября правительство и оппозиция подписывают соглашение о новой конституции: первый референдум конституционного процесса назначен на 20 апреля. Всех основных целей (кроме отставки Пиньеры) революция достигла.

Не надо думать, что это «а, Латинская Америка, всё как всегда» — в Чили такого не было никогда. Вообще.

Но, так или иначе, я был уверен, что всё давно закончилось, и в свой декабрьский отпуск ехал спокойно. Не тут-то было…

* * *

В пятницу 20 декабря я прилетел в Сантьяго, закинул вещи в гостиницу и пошёл в город, имея целью 0) погулять 1) купить канцелярского скотча 2) пофотографировать цветы — потому что нельзя приехать из зимы в лето и не начать фотографировать цветы. Скотч добыл где-то в районе Plaza de Armas (купил у тётки, которая продавала упаковку для рождественских подарков — вообще-то это был её скотч, которым она подклеивала на коробках бантики и рюшечки, но она согласилась продать мне початый моток за две тысячи песо; обожаю такие квесты), покушал арбуза и собрался дальше, в городской парк на холме San Cristobal.

Сел на метро. Нужную мне станцию — Baquedano — поезд проследовал без остановки. Вышел на следующей, Bustamante — ну, почему бы нет, прогуляюсь ещё пятнадцать минут, Bustamante тоже парк. Маршрут — пройти через этот самый парк Bustamante, потом через площадь Baquedano, дальше через мост через реку Мапочо и на холм.

Иду по Bustamante. В парке тусуется молодёжь, весело майданит с национальным колоритом:

Граффити на крыше — «Новая конституция или ничего!». Опасная постановка вопроса, но за ребят я порадовался: пока что выходит что они получают конституцию. Иду дальше.

Подхожу к площади Бакедано. Там много народу, центр площади с памятником охраняют карабинерос (Carabineros de Chile — так называется местная полиция), и вообще их много, даже какая-то техника стоит.

И ещё как-то странно пахнет, но в целом — вроде бы ничего не происходит. Ну, здорово, попозже сюда ещё зайду, а сейчас перейду на ту сторону…

Херак! Включается водомёт, в людей на площади летят газовые шашки, оставляя в воздухе красивые дуги дыма, и все начинают драпать. Начинаю и я, но поздно: шашки оказываются передо мной и бежать надо через облако газа. Пока глаза ещё что-то видят, замечаю какая большая и красивая радуга получилась в брызгах водомёта…

Вечер переставал быть томным. Фотографирование цветочков откладывалось.

* * *

…нда. С полицейским газом я раньше не сталкивался (в Москве не в ходу, в Киеве в 2014 я майдана сторонился), и наглотался его явно больше чем следовало.

Вернулся в Бустаманте, прокашлялся, продрал глаза, утёр сопли. Кожу немилосердно жгло. Кто-то побрызгал мне в лицо не знаю толком чем (но жжение унялось): «держись, братишка! тебе бы платок». Огляделся.

Часть публики вокруг была в респираторах, а многие ещё и в плавательных масках, из остальных у большинства был шарф или шейный платок, который можно натянуть на рот и нос. Как я умудрился не заметить этого, когда подходил? Особо хороши были тётушки лет сорока в очках для бассейна, очень душевно выглядели.

А обстановка была какая-то странная. После газовой атаки все снова стали вести себя совершенно спокойно: полиция стоит, протестующие (а из случайных прохожих там был, похоже, я один) прогуливаются по парку, друг к другу индифферентны. Большая часть карабинерос на площади, но есть и группки в парке — кто просто стоит, кто что-то там охраняет. Манифестанты на них как будто бы не обращают особого внимания.

Время от времени какая-то из группок карабинерос начинает пулять по людям шашками с газом. Те в ответ орут: «Пидоры!!!» (…нет, ну а кто они после такого?) и разбегаются. Потом ветер растворяет облако газа, и всё возвращается на круги своя. Происходят эти мини-атаки разрозненно, хаотично и как-то… немотивированно. Зачем? Чтобы что?

Задумался о том, что мне, собственно, делать. Снаряжения «беззбройного протестувальника» у меня при себе не было, а был рюкзак с аккордеоном и канцелярский скотч в кармане: я же цветочки фотографировать шёл, а не на войну. С другой стороны — когда ещё такого увидишь? Тем более что «чилийское пробуждение» я в целом поддерживаю. Ну, значит надо остаться и досмотреть.

* * *

Воевали, судя по всему, на всех примыкающих к Бакедано улицах, и я решил сходить куда-нибудь ещё. От Бустаманте через переулок прошёл к проспекту Викунья-Маккена. Навстречу мне пронеслась группа драпающих протестующих, на выходе мелькнули водомёты. Чуть подождал, и вышел на проспект.

Его, похоже, только что «зачистили». Фронт уже прошёл, и проспект был почти пуст — только стояла кое-где полицейская техника и пробирались по стеночке рыцари-крестоносцы медики-волонтёры эпичнейшего вида.

Про рыцарей я думал что пошутил, но оказалось что нет: позже мне рассказали, что значительная часть этих добровольческих медбригад — исторические реконструкторы и есть. Основным лагерем они стояли по ту сторону реки, а здесь, на Викунья-Маккена, у был мини-штаб:

Прошёлся по пустому проспекту и я, фотографируя по дороге полицию. Полиции на меня было всё равно.

Собственно, полное отсуствие винтилова — наверное, самая удивительная для меня черта всей этой движухи. Карабинерос не пытались никого задержать, ну или хотя бы побить, как это принято у нас. Почему — я не знаю, но гипотеза моя такая:

Чили — демократическое правовое государство, плюс-минус. Если манифестантов задерживать, то что с ними делать дальше? Отвозить в участок и отпускать? Неэффективно, и нет в Чили такого закона, чтобы людей просто так на улице ловить и по городу на автозаках катать. Отвозить в участок и сажать/штрафовать? Но в Чили есть суд, и наловив триста манифестантов, полиции придётся пойти на триста судов, каждый из которых станет событием, и которые они далеко не факт что выиграют: люди же просто были на площади, ничего такого не делали. Петь песни и стучать камнем о камень в Чили не запрещено. Отвозить в участок и сажать без суда и следствия? Пробовали: это называется «военное положение», и президент Пиньера уже наверное десять раз пожалел, что попытался его ввести. Вот и остаётся травить дустом и поливать из водомётов, в надежде что разойдутся сами…

Прошёл по проспекту ближе к площади. Там стало ещё страннее: полиция героически охраняла пятачок вокруг памятника, вокруг него по кругу ездил водомёт и иногда кого-нибудь поливал. На хвосте у него, ровно по тому же кругу, каталась колонна велосипедистов в респираторах (!), и протестовала. Иногда летали газовые шашки, но если знать что они летают — под них можно почти не попадать. Настроение на площади было приподнятое, люди запевали эль пуэбло унидо, венсеремос и какие-то более новые, мне неизвестные революционные песни.

Протестующие были более-менее перемешаны с полицией, и друг к другу относились всё так же индифферентно. В какой-то момент катающийся по кругу водомёт остановился и стал поливать навесом во все стороны, а кто-то включил не то из автомобиля, не то из карманной колонки весёлый музон, и публика вокруг водомёта начала под него весело колбаситься: при наличии респиратора и маски газ не так страшен, а быть политым водомётом в +35 — скорее бонус.

Кстати, холм на заднем плане на фото — тот самый Cerro San Cristobal, куда я шёл, но не смог дойти.

Но главная форма протеста — шум: ритмично стучать чем-нибудь о что-нибудь, или хлопать, или свистеть в свисток. «Мы здесь и мы не уйдём». Громко, сильно, мощно, это вам не лозунги скандировать.

Кое-кто успел и подсуетиться: на площади было несколько торговок платками и масками. «Платки, платки, платооочки! Платки по тысяче!». Я решил прикупить себе один, и в момент передачи денег в нашу сторону стал бить водомёт. Отдавал эту тысячу (€1.20, 85 ₽) я уже на бегу, и судя по тому как флегматично и по-деловому эта тётка провела транзакцию — торговать на бегу под газом и водомётами ей далеко не впервой :)

Потусовавшись там какое-то время и опять нахлебавшись газа (мокрый платок помогал, но не совсем), решил пойти отдохнуть. Рядом был ещё один сквер, Сан-Борха, который напрямую к Бакедано не примыкал, ушёл туда. И действительно: там шла мирная жизнь. По газонам носились собаки, на спортплощадке кто-то учился кататься на роликовых коньках, на парковой сцене репетировала танцы молодёжь. А на фоне ухали выстрелы из газовых ружей, выли сирены скорых, доносился ритмичный стук протестующих и едко пахло…

* * *

На выходе из Сан-Борха увидел, что окрестности наводнены полицией. Много техники — и новой-чистенькой, и сильно побитой камнями, какие-то перемещения отрядов полиции. Что-то затевалось.

Попытался пройти к Бакедано дворами, и тут на меня впервые обратили внимание карабинерос: «Сеньор, вы куда?». А я что, я гуляю. «Ааа, турист… Вам туда не надо, там протесты, идите в другую сторону». Другая сторона — это было обратно на проспект Викунья-Маккена.

Это оказался очень плохой совет: на проспекте стало куда жарче чем было. Издалека было видно, что манифестанты заняли всю площадь Бакедано (и памятник тоже!), карабинерос обороняли вход на проспект: ставили завесу из своего газа, били из водомётов на поражение, но всё равно понемногу отступали. В них летели камни.

* * *

Вот примерно в этом месте у переевших путинской пропаганды обычно начинается: «ко-ко-ко! да как они посмели! камнями! в ПОЛИЦИЮ! да их за это посадить мало! печень об асфальт, морду в кровавую кашу нелюдям!!!!11».

Ещё раз: схватку начали не манифестанты, схватку начала полиция. Два часа полиция поливала людей из водомётов и стреляла по ним газовыми снарядами. Газовый снаряд выглядит так:

Это металлическая чушка, из которой идёт дым. Если его вдохнуть — ты начинаешь пытаться выкашлять лёгкие, если попадёт на кожу — будет больно жечь, попадёт в глаза — перестанешь видеть. Потом пройдёт, но это потом. Чушки эти тяжёлые — стрелять ими, думаю, предполагается под ноги, но полиция частенько бьёт «навесом», чтобы подальше летало, и если такая попадёт по кумполу — мало не покажется. Мне одна прилетела точно между спиной и рюкзаком и там застряла — на двадцать сантиметров бы выше, и может лечился бы сейчас от травмы черепа (а так — обожгло газом спину, и рюкзак воняет теперь). Вы думаете, псы-рыцари медики-волонтёры там зачем дежурят?

Два часа полиция кидалась вот этим вот по людям, которые вообще ничего плохого не делали, прежде чем те начали кидаться в ответ. Ангельское терпение у товарищей манифестантов, вот что я скажу.

* * *

В полицию летели камни. Я, тем временем, оказался «по ту сторону» линии фронта, за спиной у полиции. Они отступали, фронт приближался. По газетному киоску, за которым я прятался, уже начало «прилетать». «Интересное время чтобы быть туристом в Сантьяго! Я думал у вас уже всё кончилось, а оно вон как…», говорю какому-то манифестанту, который прятался там же. «Это по телеку говорят что всё кончилось! А мы всё ещё здесь».

На площади кто-то включил через мощные колонки El derecho de vivir en paz — «Право жить мирно» Виктора Хары. Нежная, поначалу почти колыбельная — встав фоном к боевым действиям, она вдруг сделала из них грустный документальный фильм. Это старая антивоенная песня, написана ещё про Вьетнам, и её переделка про Чили стала, наверное, главным гимном этой революции — но замученный и убитый пиночетовцами в 1973 Хара её уже не споёт…

Иногда, для разнообразия и праздничного настроения, вместо камней прилетали новогодние салюты. Против одетой в riot gear полиции — не самая опасная штука, наверное, но уж очень внушительная: взрывается громко, ярко, сразу везде и в несколько этапов. Манифестантам всех стран мира на заметку. Но у меня-то riot gear не было…

Надо было валить. Со стороны Бакедано шла война, из переулков со стороны Бустаманте кто-то драпал, со стороны Ранкагуа тоже стали летать газовые шашки. В какой-то момент через проспект поехали скорые, и обстрел ненадолго прекратился — я, пользуясь моментом, сдристнул за угол и двинул в единственном безопасном направлении: обратно через Сан-Борха к Аламеде (a.k.a. проспект О’Хиггинса).

Этот кусок Аламеды был захвачен манифестантами, было людно, весело и никаких газовых шашек. Увы, на праздник я опоздал: буквально через пару минут где-то ближе к Бакедано полиция пошла в атаку, и проспект побежал.

По улице волной шло: «к ля-монеда! все к ля-монеда!». Идти штурмовать президентский дворец в мои планы на вечер не входило (тем более что сил у манифестантов на это явно не хватило бы), так что я свернул в переулок и отправился уже наконец обратно в отель. За окном отеля было так:

Воздух пах полицейским газом.

* * *

Если уж начистоту, то конкретно сейчас протест в Чили поддерживают далеко не все: даже среди тех, кто выходил на улицу в октябре-ноябре, многие не считают нужным продолжать. Тот главный и единственный вопрос, который нельзя было решить никак, кроме как уличной революцей — уже решён: новая конституция будет — если большинство её захочет. Будет не завтра, процесс долгий: поправить нынешнюю; провести референдум про то, нужна ли новая; провести выборы в конституционную ассамблею; созвать её; дождаться пока та разработает новый текст; принять его на ещё одном референдуме… Но — будет.

Сейчас же манифестанты хотят довольно разных вещей. Кто-то — просто побузить; кто-то не верит ни в какие обещания политиков (в том числе и про референдумы) и пытается доделать революцию; у кого-то есть конкретные требования — но требования те необязательно популярны или хороши. Отставка Пиньеры? Камон, это частный вопрос: через два года выборы, будет вам отставка, два срока подряд в Чили быть президентом нельзя. Расследование преступлений полиции во время протестов? Хорошо бы, но в масштабе исторического процесса — не очень важно. Квота для женщин в конституционной ассамблее? Но у женщин на любых выборах и так есть квота в 50% голосов избирателей, они сами могут решить как ей распорядиться. Квота для индейцев мапуче в конституционной ассамблее? Вот только не хватало начать измерять линейкой черепа и выяснять, кто тут мапуче, а кто нет. И это «реалистичные» требования — а ещё есть коммунисты с запретом частной собственности, веганы с запретом молока и мяса, антиглобалисты с запретом международной торговли и чёрт знает кто ещё.

Сил на то, чтобы перевернуть ситуацию ещё раз, у всей этой компании, похоже, нет. Оно может и к лучшему: политика лучше войны, а компромисс лучше бескомпромиссности. Повторения истории с сотником Парасюком и его пламенной речью на майдане, которая развалила с трудом найденный политиками компромисс и покатила страну в тартарары — не будет.

Но это хорошо что эти протесты есть. Правительство их явно боится, а значит — во избежание эскалации — достигнутые с оппозицией соглашения выполняться будут, и ситуация с «минскими договорённостями» — компромисс, следовать которому стороны не считают нужным — здесь тоже не повторится.

На то и щука в речке, чтобы карась не дремал.

* * *

Помимо новой конституции, наследием «революции тридцати песо» (вы же помните с чего всё началось? с повышения цены билета на метро на 2 р. 50 коп.) является исписанный революционными граффити город. Исписан он весь, полностью: в центре поплотнее, в богатых пригородах вроде Лас-Кондес — пожиже, но весь, и закрасить это быстро получится вряд ли. Обычно пишут что-то стандартное: «нет насилию», «государство убивает», «новая конституция», «Пиньеру в отставку», «#ЧилиПроснувшийся», «ACAB» или что-нибудь в этом роде. Но бывает и хорошо:

В парке вдоль набережной Мапочо, тоже примыкающем к Бакедано, всем барельефам пририсованы платки от газа.

Там же, на мусорной урне: «спасибо, первая линия»

Там же: скульптурная группа, изображающая хрен знает что, превращена в скульптурную группу, изображающую манифестантов. А что, похоже.

На мемориале какая-разница-чему в парке с другой стороны от площади: «Это был не мир, это было молчание». Ответ всем обывателям (и выдающим себя за таковых пропагандистам) на «ну чё вы вот это всё начали? мирно же жили!».

«Виктор жив». Хара, не Цой.

«Мы — новость, (но) мы не остановимся, пока не станем историей». Похоже что удалось.

* * *

На следующий день, в субботу, я был занят другим, но вечером воскресенья, когда чуть спала жара, пошёл искать приключений уже целенаправленно.

Я не нашёл их. На площади было малолюдно, несколько разрозненных группок манифестантов — несколько десятков человек, не больше — ритмично стучали камнями по перилам заваленных грунтом входов в метро. Проезжающие машины сигналили им в поддержку — и друг другу, пытаясь разъехаться на площади, где не горели фонари и были побиты все светофоры. Зазывала клиентов всё та же торговка платками: «панюэлос! панюэлос! панюэлос пор лука!». Немногочисленные карабинерос охраняли исписанного лозунгами и заляпанного краской генерала Бакедано (и чего он им всем сдался?). Кто-то фотографировался у ещё более заляпанного водомёта, показывая ему фак. Темнело.

* * *

Ещё спустя неделю (да, этот пост долго лежал в черновиках) я, уже будучи в Аргентине, включил в гостинице чилийский телеканал — TV Chile, государственный. Шли новости: в Сантьяго протестовали. Там же и, скорее всего, те же. Диктор долго рассказывал про «ataques violentes» со стороны манифестантов — но о том, чего же эти манифестанты хотят, или о том, какая активность полиции предшествовала этим «ataques», почему-то умолчал.

Так и живём.

Итоги года: 2019

«…посадку на самолёт в солнечную Аргентину объявят уже совсем скоро, там будет тепло и хорошо, а после неё начнётся совсем другая жизнь», писал я год назад. Впереди был отпуск, а за ним — переезд эмиграция.

И вот, я прожил в Нидерландах год.

Удивительно, но поменяв всё — работу, круг общения, страну проживания — я на самом деле не поменял почти ничего. Жизнь на новом месте получилась примерно такой же, как была — в деталях всё вроде бы как другое, но по-крупному нет. OH SHI~

Тем не менее, годом я очень доволен.

Я и раньше жил неплохо — а теперь, выходит, живу так же, но лучше. Раньше снимал квартирку в центре, и теперь снимаю в центре — но теперь со свежим ремонтом, гостиной и посудомоечной машиной. Ходил на работу пешком, и теперь хожу пешком — но не по пыльной Москве, а вдоль канальчиков Амстердама. Играл на гармошке, и теперь играю на гармошке — но теперь есть где и с кем играть. Писал на перле, и теперь пишу на перле — но и платят больше, и маргиналом за экзотический язык больше не считают. Частенько кирял вечерами (увы), и теперь частенько — но реже, и не киряю, а дую, отчего наутро не кошки во рту, а довольство жизнью и умиротворённость. Хорошо!

Только MLP-клубу Яндекса равноценной замены нет. Ребята, очень я по вам скучаю!

* * *

Собственно да, ирландская гармошка. Наконец начал снова регулярно заниматься — не так, как в первые годы, но значительно интенсивнее, чем раньше, и без больших перерывов. По логам выходит, что за этот год я отзанимался чистого времени больше, чем за предыдущие два.

Результаты не заставили ждать: вернулась и былая лёгкость в пальцах, и репертуар, и желание продолжать. Но главное: вокруг же много сейшнов!

Одна из вещей, которые меня беспокоили при переезде — то, что из очень большого города я переезжаю в относительно маленький. После пятнадцатимиллионной Москвы почти любой город не кажется слишком уж большим, а восьмисоттысячный Амстердам — так и просто крошечный…

Так, да не так. Амстердам и правда невелик, но входит в «полицентричную агломерацию» Randstad в центре страны — вместе с Роттердамом, Гаагой, Утрехтом и десятками городков поменьше. В ней проживает около 8 млн человек, она хорошо провязана общественным транспортом (о, как прекрасен здесь общественный транспорт!) и культурно функционирует как единое целое.

То есть, если тебе чем-то не по душе сейшн в Амстердаме (а для меня он быстроват и сложноват), или просто хочется разнообразия — ничто не мешает тебе ездить сейшнить в Гаагу, Утрехт, Хаарлем, Дельфт или Алкмаар, дорога вряд ли займёт больше часа. Я и езжу.

Амстердамский сейшн по воскресеньям — быстрый, «для туристов». Амстердамский по средам — песенный. В Алкмааре — «slow session», но продвинутые музыканты тоже ходят. В Хаарлеме один песенный и один совсем-медленный. В Утрехте быстрый молодёжный, с репертуаром попроще чем в Амстердаме. В Гааге «дедовский» — не такой быстрый, но чуваки знают ну очень много тюнов. Выбирай на вкус!

Децентрализованность эта, кстати, не ограничивается только Рандстатом или только ирландской музыкой: поскольку в стране нет какой-то одной точки, вокруг которой всё вертится (даже вопрос «где у Нидерландов столица?» довольно философский) — всякого рода активности могут происходить вообще где угодно. Скажем, нидерландский MLP-клуб с весны (когда я их нашёл) и по сегодняшний день успел организовать мероприятия в: Deurne, Wijk-aan-Zee, Drachten (неподалёку от), Zeist — какие-то почти случайные точки на карте страны. Это не считая предсказуемых Роттердама и Гааги. Следующие два запланированы в Дордрехте и в Арнхеме — я ещё даже не знаю где это, но наверное приеду, и все приедут. Если на наши реалии — это как назначать мероприятия вместо центра Москвы где-нибудь в Коломне, Чехове или Орехово-Зуево — что-то странное и слабопредставимое, но почему нет-то?

Впрочем, про местный MLP-клуб я ещё напишу.

И ещё отличительная черта здешней «ирландской» сцены: у нас самые взрослые из тех, кто продолжают играть сейчас, начинали в ранних двухтысячных, им лет по сорок. В Нидерландах же эта музыка появилась почти сразу после ирландского folk revival, и поколений за полвека сменилось много — есть молодёжь, есть люди средних лет, есть седовласые деды, а бывает и что проскакивает что-нибудь вроде «очень много лет это сейшн вёл N, но потом он умер и его заменила M, но несколько лет назад и ей уже стало тяжело, и тогда вести стал я».

Игорь Б., ты там как, чувствуешь масштаб открывающейся перед тобой исторической перспективы? :)

* * *

В работе перемен тоже мало. Та часть Букинга, где мне повезло приземлиться — Core Infra — удивительно похожа на Яндекс каким я его знаю. Труба тут пониже и дым пожиже, конечно, но в целом…

Вместо C++ тут Java; вместо Логброкера, Ытя и рантайм-клауда — Kafka, Hadoop и B.Platform; Perl и Python поменяны местами (в Яндексе над немногочисленными перловиками насмехаются, потому что они маргиналы которые пишут не на питоне, в Букинге — наоборот); вместо RB — гитлаб; вместо стучалки — Workspace; вместо этушки — Workplace; вместо ячана — Blind; вместо Яндекс.Почты и Яндекс.Календаря — ГМейл и Гугл-календарь; etc, etc…

Но хотя запчасти все другие, жизнь в целом, которая из этих других запчастей строится — на удивление та же самая. И задачи те же, и проблемы те же, и люди вокруг точно такие же, разве что по-русски не все говорят. После двенадцати лет в уютном яндекс.мирке я, признаться, побаивался холодного и жестокого мира внешнего, но в итоге — оказался там же где был. «У вас там ботанический сад: сидят посреди горшков с травой ботаники и чего-то ботанят» — так съязвил про кор-инфру кто-то из фронтэнда. Про знакомые мне части Яндекса, в приниципе, тоже можно было так пошутить.

Удобно, что скажешь. И да, пост «как работается в Букинге» я задолжал и тоже когда-нибудь напишу.

* * *

Продолжаю регулярно путешествовать — уже два года как каждый месяц я обязательно куда-нибудь выбираюсь. Пять новых стран, четыре новых метрополитена: Брюссель, Франкфурт, Бонн, Кёльн. Я же уже был раньше в Брюсселе, как я умудрился не спуститься в метро в тот раз?

Оно пожалуй достойно отдельного поста, но я его не написал, так что пусть будет здесь: самое яркое впечатление от поездок за этот год — городок Шенген на стыке Франции, Германии и Люксембурга — тот самый, в честь которого называются соглашение и визы. Вот так выглядит там граница Германии и Франции: фото. Слева немецкий асфальт, справа французский. Так должны выглядеть все границы мира.

Правда, путешествовать именно «каждый месяц» — недешёвое удовольствие (особенно в этих краях, где ночных поездов нет, а гостиницы дороги), и скорее всего в следующем году с этим придётся подвязать. Эх!

* * *

Собственно, да: в этом году я наконец узнал, куда я деваю деньги.

Я по натуре транжира, и сколько бы денег мне в руки ни попало — все утекают сквозь пальцы неизвестно куда. Я немало зарабатываю, но не имею накоплений, и единственным успешным способом аккумулировать какой-то капитал для меня оказалось взять ипотеку — которую хочешь не хочешь, а отдавать надо. Нездоровая ситуация, верно?

Что ж, как говорят в Яндексе — «прежде чем что-то улучшать, надо научиться это измерять». Поставил я себе программку GnuCash (сам пользуюсь и доволен, но вам не рекомендую — юзер-экспириенс соотвествует названию), разобрался как выгружать выписку по счёту в машино-читаемом виде и год дисциплинированно вёл бухгалтерию. И сейчас у меня перед глазами довольно подробная разбивка годовых трат на категории.

Результаты довольно неожиданные. Например, я думал что почти все «лишние» деньги у меня уходят на путешествия — это оказалось совершенно не так. Или, скажем, я не знал, что еда — крупная и заметная статья расходов: оказывается, не готовить дома — это дорого. И много ещё чего я узнал, чего раньше не знал про собственные финансы, но рассказывать в журнале не готов.

Первый пункт плана, про «измерять», выполнен — посмотрим, дойдёт ли дело до второго, про «улучшать».

* * *

В целом, «улучшать» — это видимо и есть главный план на следующий год, раз с «поменять» ничего не получилось. Время собирать камни.

Ну а пока — поменяв всё, я не поменял ничего: раньше эти посты я начинал писать в аэроэкспрессе в Шереметьево, теперь — в интерсити до Схипхола, но цель прежняя: через час большая железная птица улетит туда, где тепло и хорошо, и я с ней. В Сантьяго завтра +30 и солнечно, завидуйте!

И счастливого вам всем нового года.