Правительство курильщика

Полгода назад, в середине марта, авиасообщение над Европой фактически остановилось и не восстановилось до сих пор. Все рейсы поотменялись, авиакомпании оказались на мели.

Тем не менее, Еврокомиссия ещё 18 марта подтвердила право пассажиров на возврат денег за билет на отменённый рейс деньгами, а не ваучером: если авиакомпании хотят выдавать ваучеры, они могут сделать их привлекательнее чем просто возврат, но право получить назад деньги за неоказанную услугу за пассажирами сохраняется. Потом подтвердила то же самое ещё раз 13 мая, высказавшись в том смысле, что авиакомпании сейчас и так спасают за счёт денег налогоплательщиков, и использовать для спасения заодно и деньги неудачливых пассажиров — не годится. Авиакомпании со скрипом, но стали возвращать деньги.

Так поступает правительство здорового человека.

Тем временем, у нас:

— с марта и по июль Аэрофлот никому никаких денег не возвращал, хотя должен был, и ничего ему за это не было
— в июле вышло им же пролоббированное постановление правительства о том, что может и не возвращать, а предлагать вместо этого ваучер
— вплоть до самых недавних пор Аэрофлот продавал у себя на сайте билеты на запланированные ещё до короны международные рейсы, которые все как один «отменялись» незадолго до вылета, а вместо возврата денег предлагал купившимся лохам все те же ваучеры
— а восемь миллиардов рублей господдержки, которые Аэрофлот получил ещё в июне, видимо ушли на что-то ещё.

Так поступает правительство курильщика.

* * *

У меня на момент начала коронакризиса были на руках билеты KLM, AirSerbia и Аэрофлота. KLM деньги вернул, AirSerbia вернула, Аэрофлот прикарманил €500 себе. €500, блеа! Что делать-то? Острой нужды в этих деньгах нет, но обидно.

По уму, нужно не выпендриваться и взять ваучер, тем более что скорее всего пригодится (если, конечно, не будет с ним как с «ваучерами» наших родителей в 1993).

По дурному упрямству внутреннему чувству справедливости, нужно упереться и пойти в суд за те €130, которые приходятся на исходящий рейс из ЕС — на них распространяются правила ЕС, даже если авиакомпания не из него. Контор, которые за мелкий прайс за такие суды берутся, предостаточно.

Как бы поступили вы?

Каучсёрферы: Аргентина

Поездка по Аргентине вышла насыщенной.

В Формосе я задержался всего на несколько часов, и теперь жалею: чистый, милый, ухоженный городок — по любой мерке хорош, а на контрасте с бедным, разбитым и засранным Парагваем, откуда я тогда приехал — просто центр цивилизации.

Там довелось пообедать с Хуаном. Он психолог, работает на двух работах — на государство и частная практика. Спросил — где зарабатыывешь больше? «Это очень нетипично для Аргентины, но здесь, в провинции Формоса, выгоднее быть empleado público, бюджетным работником: в нашей провинции мало людей и много природных ресурсов, добычей которых занимаются компании, принадлежащие региональному правительству. Поэтому здесь очень хорошо платят в госсекторе — местными деньгами, не деньгами из столицы! Но частную практику я всё равно держу, так лучше.»

Деньги те и правда видны. Не то чтобы прямо бросались в глаза, как в Москве, но Формоса явно ухоженнее, чем в среднем по Аргентине, и Хуан этим очень горд.

И параллельно с этим он понарассказывал, как в провинции десятилетиями не меняется власть. Как губернатор платит тем, кто выдвинется на выборах против него, потому что без соперников избираться нельзя, а за свои деньги против него ходить не надо никому. Как какие-то предприятия принадлежат региональному правительству, а какие-то — зятьям-сватьям членов правительства. Как не шибко-то есть в Формосе независимой от регионального правительства прессы…

Где-то я всё это уже видел. Похоже, когда всё бабло у государства, оно везде получается одинаковым. И, наверное, я так же амбивалентно рассказываю про Россию, когда спрашивают.

Но беседу пришлось прервать: надо было бежать на автобус в Резистенсию.

В Ресистенсии остановился у Камилы — новичка в каучсёрфинге: я был третьим её гостем, и первым из «настоящей» заграницы, а не соседних Чили и Уругвая.

Я уже как-то писал про то, что когда ты путешествуешь по очень далёким краям, ты для людей не просто какой-то чувак, ты — «эль русо»: часто первый и, возможно, последний русский, которого они видят в своей жизни. От этого происходят кое-какие бонусы (всем интересно на тебя посмотреть и с тобой поговорить), но и ответственность немалая: по тебе будет судить о всех русских вообще.

Вот так было и здесь. Камиле было искренне интересно на меня поглядеть и со мной поговорить, и она, похоже, решила показать такую достопримечательность всем своим друзьям и родственникам: за три дня мы побывали в четырёх, кажется, домах и компаниях. Весело, но монотематично: на четвёртый раз даже Камила расхохоталась, когда хозяева первым делом спросили меня про русские морозы :)

В какой-то момент я съехидничал и спросил — кому, мол, ещё покажешь «эль русо сальвахе», дикого русского? Посмеялись, а потом она задумалась и выдала: «про тебя может и думают, что ты дикий русский с холодного севера, но что интересно думают соседи про меня? Ко мне в этом месяце уже третий мужик вечером приходит и не уходит до утра!..»

Хм. Есть, есть плюсы у нынешнего московского пренебрежения делами ближнего своего: мне за все годы вписывания каучсёрферов и в голову такое не приходило.

Больше всего Камила любит готовить, и имеет с этого неожиданный доход: она торгует кастрюлями! Есть, оказывается, в латинской Америке компания, которая производит кухонную утварь и реализует её MLM-схемой — Essen, и вот Камила этим MLM вместо работы и занимается. Я осторожно заметил — мол, как здорово, что тебе удаётся быть в плюсе! А то я знаю немало женщин, которые вляпывались в MLM-торговлю Avon’ом, Орифлеймом и прочим гербалайфом, и все до единой на этом теряли, а не зарабатывали. «О нет, Essen совсем не такие: Avon и подобные платят распространителям не деньгами, а скидками на продукцию, которую те могут перепродать дороже и на этом заработать — но чаще не могут. А от Essen я получаю комиссию за каждую проданную кастрюлю — вбелую, на банковский счёт — и за каждую, которую продали девочки из моей сети.» Двух из этих девочек я потом видел на вечеринке, и спросил — Камила ваша начальница, да? «Нет! Она наш лидер!».

Спросил у Камилы, сколько она так зарабатывает. Та назвала цифру за прошлый месяц, и это была почти моя московская зарплата: оно и в Москве очень неплохо, а в аргентинской провинции при сильно подешевевшем песо — просто фантастика. Оказываются, бывают на свете и нормальные MLM’ы.

Кастрюли, говорят, и правда хороши: неделю спустя я рассказывал это всё Татьяне и Пабло, теперь уже давним моим друзьям из Буэнос-Айреса, и Таня подтвердила: «Эссен — лучшие кастрюли, которые можно добыть в этой части света! Они очень дорогие, но я недавно себе купила одну — потому что у моей мамы такая есть, подарена тридцать лет назад на свадьбу — и до сих пор как новая. Очень хорошие кастрюли.»

Ещё в Ресистенсии меня звали к себе Густаво и Андре, двое ребят с каким-то сумасшедшим числом отзывов в профиле: они вписывают путешественников годами, и счётчик подбирается к четвёртой сотне. Я к тому времени уже принял приглашение Камилы и был вынужден отказать, но они позвали нас обоих пообедать.

Отлично посидели, ну и было конечно приятно побыть в компании тех, кому я не первый виденный русский в жизни. Обычно в Южной Америке меня расспрашивают про русские морозы, а они, наоборот, мне про них рассказали: их угораздило приехать в Москву в январе в -26С. «Мы передвигались по городу короткими перебежками! Тщательно планировали перемещения, чтобы не быть на улице больше десяти минут! Очень, очень холодно.». Я потом посмотрел фотографии — ну да, в январскую Москву они приехали в осенних курточках :)

Ещё рассказывали, что на них в московском метро всегда все глазели. «Почему? Они догадались что мы геи? Мы старались ничем себя не выдавать!» — нет, говорю, они догадались, что вы иностранцы. «Как? По лицам?» — нет, по поведению! Иностранцы всегда себя ведут немножко не так, как мы, и хотя немногие смогут пояснить, в чём разница, её почти все видят.

Спрашивали про гонения на гомосексуалистов в России. В мире очень распространён миф о том, что в России если кто-то узнает, что ты гей, то тебя посадят в тюрьму. Уж не знаю, откуда растут ноги — из старых советских законов, или из нынешнего, про штрафы за пропаганду среди несовершеннолетних — но миф стойкий, я его где только не слышал. Приходится разъяснять — нет, это неправда: Россия хоть и не Нидерланды, но и далеко не Саудовская Аравия: хотя однополых браков в России нет, а пропаганда среди несовершеннолетних (что бы это ни значило) запрещена и наказуема штрафом, но нет никакого способа оказаться в тюрьме за то, что ты гей. Общество в России к геям продолжает быть очень нетерпимо, и лучше вам на людях не целоваться, но у российского государства к вам претензий особо нет.

Удивительно, но для большинства иностранцев это новость.

Посидели недолго, но хорошо, интересно и ко взаимному удовольствию. Среди прочего, выяснилось, что Камила от них живёт совсем рядом, в трёх кварталах — и я уехал, а они уже обменялись контактами и договорились об ответном визите. Хорошо, когда после тебя остаётся что-то хорошее!

В Хухуе меня вписывали две девушки — Лукреция и Росарио (вроде бы не пара, просто снимают квартиру на двоих). В их лице в далёком-далёком Хухуе я впервые встретил вживую радикальных феминисток, о которых раньше только читал.

На термосе для мате — наклейка: «Макри — не кот! Макри — фашист!». Макри — президент Аргентины, его часто обзывают котом, но видимо это недостаточно ругательно. И ещё одна, с голым женским торсом топлесс: «Я — не ваш сексуальный объект!». На двери кухни — плакат: «Главное оружие женщин — любовь между женщинами!». В туалете висит листовка — «Спасительницы: аборт, безопасный и свободный. Пишите нам: (емеил и логин в вотсапе)». Аборты в Аргентине запрещены, но сейчас идёт большая кампания за то, чтобы их разрешить, сторонники носят на запястье зелёный платок. Противники в ответ стали носить голубые платки, и вот при мне Луки и Роса обсуждали, какой урод, скотина и конченный тип кто-то из публичных аргентинских фигур: он посмел показаться на публике с синим платком!

И сами девушки, и гости их стараются говорить гендерно-нейтральным (или, как они говорят, «инклюзивным») языком: в испанском языке смешанную группу объектов именуют в мужском роде — и это, конечно, проявление патриархата. Поэтому у них дома кто-то старается говорить «todos y todas», «niños y niñas», «ciudadanos y ciudadanas» («мальчики и девочки», «граждане и гражданки»), а кто-то и использует «нейтральный» грамматический род: «todes», «niñes», «ciudadanes». Такого грамматического рода в испанском языке нет, но активисты инклюзивного языка его придумали и склоняют по нему все существительные, прилагательные и местоимения.

Как-то вечером ходили с Лукрецией и её друзьями в кино, смотреть выпускную работу молодых кинематографистов из соседней провинции. Это был фильм по «Белым ночам» Достоевского, только действие перенесли из Петербурга XIX века в современную Аргентину, в Тукуман, и поменяли пол главному герою (в фильме — героиня), сделав одно из рёбер любовного треугольника однополым.

Посмотрели, и спрашивают меня — ну как? Медленно, говорю. Вырезать бы половину планов, добавить темпа — был бы отличный фильм: технически сделан очень хорошо, и актёры играют достойно, но слишком много сцен, где ничего не происходит. Да, говорят, но это не так важно — важно, что такие фильмы есть! Мейнстримная культура продолжает быть гетеронормативной, и даже в фильме про Фредди Меркури прославляются именно гетеронормативные отношения, поэтому как здорово, что вот эти ребята из Тукумана, которые сами диссиденты в этой гетеронормативной культуре, рассказывают вот такие диссидентские истории!

Гетеронормативный! Я это слово раньше только в интернете читал, и уж точно не по-испански.

Ну и всё в таком духе. Всё время казалось, что вот-вот начнётся прямо совсем уж SJW-дурь, вроде той, что высмеивают в /r/TumblrInAction — но нет, хоть и диковато это всё, но грань безумия никто не переходит. И слава богу!

И обе девушки, и большинство их гостей — вегетарианцы. К счастью, без фанатизма: молоко и сыр едят и идеологических претензий к мясу не имеют — покупая пирожки и тамале на рынке, для меня они всегда прихватывали пару штук с мясом. Как и все вегетарианцы, в домах которых мне случалось бывать, готовят они очень вкусно — и я хотел было пошутить в том духе, что «ну вот, а говорили что ненавидите традиционные гендерные роли!» — но вовремя прикусил язык :)

Радфем радфемом, но они хорошие, и обижать и злить их никакого желания у меня не было.

А ещё я повстречался снова кое с кем из тех, с кем познакомился три года назад, в прошлый приезд в Аргентину и Уругвай — но эти люди мне уже не случайные хосты, а друзья, и делать их персонажами блога наверное не стоит. Просто поверьте: это было очень здорово.

Пользуйтесь каучсёрфингом, господа. Мир велик и прекрасен — откройте свои двери для путешественников из дальних краёв, и для вас тоже откроются двери во всех его уголках.

Свобода лучше чем несвобода

Вот этого пса зовут Капитан.

Он живёт в солнечном Уругвае, на огромном участке в деревне, где есть всё — и луга, и лесок, и озерцо. Пасутся овцы, козы, коровы, красивая белая лошадь. Есть также несколько штук кошек и ещё один пёс, пожилой и флегматичный Бету́н.

Капитан — очень жизнерадостная собака: бодрый, игручий, весёлый. Если подойдёшь его погладить — он начнёт вокруг тебя скакать, запрыгнет на тебя, попытается вылизать, потом будет скакать ещё — не пёс, а электровеник! Очень счастливый и пушистый такой электровеник.

И от жизнерадостности у него все беды. Он очень любит играть со вторым псом, Бетуном — прыгать, валяться, кататься, гавкать друг на друга, бороться в шутку. И ровно так же он пытается играть с овцами на участке. Но овцы — не крепкий и мускулистый Бетун, овцы — создания хрупкие. Своими играми Капитан убил уже двух.

Поэтому Капитана держат на цепи и спускают только иногда, вдали от овец и под присмотром хозяев. Он и так-то шустрый, а когда выдаётся побегать где хочется — скачет по лужайке как молодой олень! Сколько счастья в этих прыжках — вы бы знали.

Хозяева своего пса любят, и держать его на цепи им нет никакого удовольствия. Поэтому они решили купить ему намордник — в наморднике ему овец не поранить, а значит можно будет его снова отпускать бегать где хочется.

Капитан — верный и послушный пёс. Когда хозяин говорит: «подойди! сядь!» — он подходит и садится. Подставляет морду под намордник. Хозяин застёгивает намордник и отстёгивает цепь. А пёс ложится где стоял и смотрит грустными-грустными глазами. Иногда встаёт, чтобы подойти к людям, посмотреть на них, а потом уходит обратно и ложится лежать под тем самым деревом, где у него цепь. Если хозяин позовёт или что-то скомандует — сделает что сказано, но потом ложится снова. Пробуешь поиграть — не играет. Пробуешь погладить — не реагирует. Только лежит и смотрит горестно: «хозяин! за что?!..»

Смотреть на то, как умирает любимый пёс, у хозяев сил надолго не хватает. Довольно скоро намордник с Капитана снимают и сажают его обратно на цепь. И пёс немедленно воскресает: снова скачет, играет и залижет до смерти, если подойдёшь погладить. Даром что на цепи.

Каждый сам выбирает свою свободу.

Барабаны полнолуния

Мне тут на днях крупно повезло.

Есть в Буэнос-Айресе такое мероприятие: Tambores de Luna Llena, Барабаны полнолуния. Каждые 28 дней, строго в полнолуние при ясном небе, в сквере у городского планетария собираются люди, разводят огонь и начинают бить в барабаны. Придти может каждый: есть барабан, тамбурин, бубен, кахон, что угодно — приходи и стучи. Нет — приходи и танцуй вокруг огня, или просто сядь на траву неподалёку, слушай бесконечный перестук и смотри, как покачивается у огня кольцо танцующих.

Атмосферу таких событий на видео не передать, да и снимал я в самом начале, когда люди ещё только собирались, а барабаны только раскачивались. Но хоть что-то:

Вокруг вертится, понемногу засыпая, столица бескрайней страны с солнцем на бело-синем флаге — но вокруг этого костра сегодня танцуют и поют для луны. А она висит вверху, над ветвями деревьев и листьями пальм, над фонарями, над дымом сигарет и костра, над людьми, над куполом планетария — и светит. Барабаны будут звучать до утра.

Я обязательно вернусь в Буэнос-Айрес, и вернусь в полнолуние.

Долгая дорога в Хухуй

Наконец-то я добрался туда, куда так давно посылали.

В испанском языке немало забавных для русского уха и глаза словечек, но обычно они либо смешно только пишутся — как знаменитые «huevo» и «huesos» («уэ́во» — яйцо, без переносных смыслов, и «уэ́сос» — кости), либо звучат хоть и забавно, но без прямой нецензурщины — как, например, «gerente» («херéнте» — менеджер, управляющий). Но бывают исключения.

На самом севере Аргентины, в предгорьях Анд, у самой границы с Боливией, находится провинция и одноимённая ей столица, название которой на русскоязычных картах либо не пишут, либо стыдливо транскрибируют на бразильский манер: Жужуй. Это, конечно, обман: говорят тут только по-испански, а в испанском разночтений о том, как произносится слово Jujuy, быть не может.

Хуху́й. С ударением на последний слог.

Так-то обычный аргентинский городок. Где-то почти по-европейски мил, где-то вполне по-латиноамерикански нищ. Высоко, но не слишком (1.2 км над уровнем моря), климат тёплый, но не жаркий, вокруг — поросшие лесом горы, вверху — красивые кучевые облака низко-низко сидят. В самом городке ничего особо интересного нет, но окрестности достаточно живописны для того, чтобы тебя не стали допрашивать, зачем ты на самом деле сюда приехал.

Только вот с людьми тут общаться трудно.

Юля по-испански будет Хулия или Хулиана, сокращённо — Ху́ли. Как и у нас, очень распространённое имя. Сегодня в компании слушал чужие разговоры о том, как некая Хули уехала было из Хухуя, но потом вернулась, и — о боги, как же тяжело было держать лицо! Ох. Ведь объяснить причину веселья не было бы никакой возможности…

Так-то я аргентинцам частенько рассказываю про «la сiudad de Poron-Poronga», и они радуются как дети, но разъяснять это в самом Хухуе — не рискну.

Впрочем, шутки шутками, но я доволен что я сюда добрался. Теперь всю жизнь всякому, кто пошлёт, смогу твёрдо отвечать: был! Люди хорошие, климат прекрасный! Жаль только далеко очень…

«Такие условия»

Решил ответить отдельной записью на комментарий к предыдущему посту.

в каучсерфинге совсем нету никаких ограничений по состоянию жилья? можно пригласить человека остановиться в доме с земляным полом и это нормально? извиняюсь за большое количество вопросов. но как-то непонятно зачем так далеко ехать, чтобы остановиться в таких условиях?)

Во-первых — да, никаких ограничений нет, откуда бы им взяться? И кто бы стал следить за их выполнением? Это же не airbnb, деньги в этой истории не участвуют.

Во-вторых — не было же ситуации, что Виктор сам спит во дворце на пуховых перинах, а меня поселил в сарай. Нет, он разделил со мной то, что у него было; как он жил — так жил и я, и кто посмеет сказать, что он дал меньше других? Мк 12:41-45, простите за пафос.

В-третьих — пол там всё-таки был кирпичный.

* * *

Про «зачем так далеко ехать, чтобы остановиться в таких условиях?». Вопрос философский.

Для начала — ещё раз выражу своё «фе» насчёт пренебрежительного отношения к чужой жизни. Я живу лучше Виктора не потому что я чем-то лучше его, а потому что на раздаче нам пришли очень разные карты: я родился в Москве в интеллигентной семье, читал книжки с домашней книжной полки, учился в хорошей школе и в посредственном, но московском техническом ВУЗе. Виктор родился в маленьком городке в Парагвае, осиротел, воспитывался бабушкой, а в университет поступил вот сейчас, в тридцать с хвостом, на заочку, и вечерами пыхтит над учебниками. Точно ли у меня и мне подобных есть право называть его жизнь «такими условиями»?

То, что у нас дома больше денег, вещей и комфорта — наша удача, а не наша заслуга. Повезло вам жить в комфортабельной квартире? Радуйтесь и цените, но не зазнавайтесь.

А если по сути, то — вот, скажем, в походы люди зачем ходят? Там условия и похуже бывают: холодно, мокро, идти далеко, рюкзак нести тяжело — но нет, идут же люди зачем-то, и рюкзак на себе тащат, верно? Значит, есть в этом времяпровождении что-то, что оправдывает все эти лишения. Вот так и здесь.

Каучсёрфинг — это не только бесплатный ночлег: да, для многих эта экономия важна (особенно в западной или северной Европе, где цены огого), но я не беден и могу без проблем оплатить и хостел, и гостиницу.

Каучсёрфинг в первую очередь — инструмент культурного обмена. Он нужен не чтобы бесплатно переночевать на диване в гостиной, а чтобы увидеть чужую жизнь и поделиться своей. Не из всех вписок получаются интересные посты (хотя я потом попробую написать обзорный), но именно благодаря каучсёрфингу можно узнать и увидеть страну не как она описана в путеводителе (Lonely Planet, голубенький такой), а как она есть на самом деле. И как человек, вписавший не один десяток каучсёрферов у себя дома в Москве, ответственно подтверждаю: мероприятие это — взаимовыгодное, хозяин получает от этого развлечения не меньше, а может даже и больше, чем гость. В конце концов, мне, чтобы повидать аргентинцев из провинции Чако, пришлось купить дорогущий билет через Атлантику и ещё тысячу километров пилить через Аргентину автобусом, а им, чтобы повидать русского из Москвы, даже из дома выходить не пришлось — я сам приехал.

Не говоря уж о том, что каких-то особых лишений на вписке у Виктора не было. Нормальная кровать, чистое бельё, свежий воздух — я там отоспался за весь предыдущий месяц и путешествия, и предотъездного цейтнота. Котики няшные. Манго шумные, но после пятого привыкаешь. Холодная вода в душе после двух часов дня уже скорее горячая (хотя по тамошней-то жаре — лучше бы уж была холодная). В целом, на каждой второй русской даче «условия» может и похуже будут. А для сравнения — рекомендую почитать про вписки в Африке: https://griphon.livejournal.com/354112.html

Ну а кто хочет «условий» — тем да, лучше просто никуда не ехать.

Парагвай, в пригороде столицы

Очень я люблю каучсёрфинг за то, что заносит порой туда, куда иначе сроду бы не попал, и показывает жизнь, которой иначе бы не никак не увидел. Не всегда она хороша, но всегда поучительна.

На этот раз меня занесло в Вия-Айес — маленький городок в двух десятках километров от Асунсьона. Из достопримечательностей — памятник американскому президенту, который помог Парагваю договориться с победителями в безнадёжно проигранной войне, и лавочка с красивым видом на реку Парагвай. Связь со столицей — маршруткой, которая мучительно ползёт по жаре по разбитым парагвайским дорогам в одну сторону где-то час. И вот там, за кирпичным забором, в дощатом доме не по размеру, живёт Виктор, школьный учитель.

Дом ему остался от бабушки — старый такой домик из грубых досок и жестяной крышей. По нашим меркам, ну… уже не сарай — там есть кирпичный пол, а значит, наверное, и какой-то фундамент — но русские летние дачи обычно как-то получше выглядят. Удобства во дворе (хотя и подключены к водопроводу), ещё во дворе из кучи строительного мусора растёт пальма. Утром сквозь щели в комнатках проглядывает солнце (окон почему-то нет), ночью шебуршатся мыши и бухают по крыше раз в десять-двадцать минут падающие с соседского дерева манго. Манго крупные, крыша жестяная, получается громко. Отопления или утепления тоже нет — летом в +35, понятно, не нужно, а как зимой, спрашиваю? А никак. Тепло одеваться. А душ? Тоже в +10 холодной водой на улице? Ну да. И душ, и стирать, всё как обычно.

У дома живёт кошек без счёта — три штуки «его», и ещё пяток просто приходят потусоваться — пожрать еды из стоящих у входа мисок, поспать в теньке, вечером — поохотиться на кузнечиков и прочую мошкару. Кошки ленивые и довольные, хотя и тощие. Любят гладиться — но, увы, не очень любят ловить мышей, им и так нормально. Самого крупного рыжего кота зовут Трамп — хм, у нас бы он был Чубайс :)

Виктор работает учителем, преподаёт английский, испанский и гуарани́ — индейский язык, второй государственный и обязательный для изучения во всех школах Парагвая. Учит как детей, так и взрослых — тех, кто не окончил школьную программу в детстве, таких в Парагвае немало. На сдачу получает прелести бытия учителем в маленьком городке: с ним здоровается буквально каждый встречный — это будет либо ученик, либо бывший ученик, либо родитель ученика — и жизнь это, конечно, усложняет: если я или вы будем ковыряться в носу на людях, то на нас косо посмотрят и больше ничего не будет, а если он — об этом узнает вся школа. Пить пиво с каучсёрферами он предпочитает ездить в Асунсьон, но и там с ним при мне пару раз поздоровались.

Спросил — кем стали твои лучше ученики? «Некоторые — выучились, работают. А некоторые…» (показывает беременный живот). А худшие? Опять показывает беременный живот.

Сам он в свои тридцать с небольшим не женат. Так и живёт — в домике из грубых досок, в комнате без окон, летом под вентилятором, зимой в тёплом свитере. Ковыряться в носу нельзя.

И в который раз вертится в голове мысль: мы хорошо живём, ребята. Россия — развитая страна с великолепной инфраструктурой и прекрасными соцгарантиями, всё у нас нормально. Да, бывает лучше — но редко: если ты родился в России, живёшь в городской квартире и учился в русской школе — то значит на раздаче ты получил очень хорошие карты, лучше чем большинство других людей в мире. И по общему жизненному комфорту, и по простирающимся перед тобой возможностям.

Парагвай — бедная страна, но далеко не самая бедная в Латинской Америке, и Виктор живёт хоть и не очень богато — но вовсе и не бедно, лушче многих на этом континенте. А это ещё далеко не самый бедный континент.

Я подписан на один блог про чёрную Африку. Называется он так: «Та жизнь, на которую мы жалуемся, для кого-то является мечтой».

Не забывать бы.

Нелегальный иммигрант

Дисклеймер: этот пост является художественным вымыслом. Описанные события не происходили в реальности. Иммиграционное законодательство священно.

Четыре нелегальных пересечения границы за одни сутки, как вам?

Где-то посередине южноамериканского континента, где река Игуасу́ впадает в реку Парана́, сходятся границы трёх стран: Аргентины, Бразилии и Парагвая. С каждого из берегов стоит по городу, из Аргентины в Бразилию и из Бразилии в Парагвай есть мосты. Все три страны входят в торговый союз Mercosur, и города хоть и не сливаются в один, но по крайней мере друг на друга сильно повязаны: из Парагвая ездят в Бразилию на работу (а вечером с работы), из Бразилии и Аргентины катаются в Парагвай за покупками. Через мосты ходят автобусы: не рейсовые или какие-то там особые, а обычные городские — просто вот у них такая особенность, что конечная остановка за рубежом.

И вот на этом-то я и погорел.

Обычно туристы из Аргентины, которые хотят посмотреть на водопады с бразильского берега, берут билет на автобус до водопадов и на нём едут. Я же, от любопытства и природной склонности всё усложнять, решил переночевать пару ночей в Бразилии и поехал не к водопадам, а в город — из аргентинского Пуэрто-Игуасу в бразильский Фос-до-Игуасу.

Обычным городским автобусом поехал. На котором ездят местные, а туристы обычно не ездят. Вот, это он на заглавном фото.

На выезде из Аргентины он остановился, погранцы посмотрели у всех документы и мне единственному поставили штамп о выезде из Аргентины. А на бразильской стороне моста останавливаться он и не подумал: на въезде в Бразилию погранконтроля для граждан и резидентов Mercosur, оказывается, нет. А что в автобусе кроме граждан едет ещё и руссо-туристо, я водителя предупредить как-то не догадался. Так и приехали…

И тут до меня дошло, что я — в Бразилии. Без штампа о въезде, на нелегальном положении.

Краткий гуглёж показал, что 1) проблема типичная, 2) происходит именно в этом месте, на погранпереходах в районе «трёх границ», 3) решается так:

— сначала нужно подавить в себе законопослушного европейца и НЕ пойти немедленно сдаваться в бразильскую полицию
— а потом, как говаривали некоторые учителя в школе, «выйти и войти по-нормальному».

Поэтому на следующий день я поехал въезжать в Бразилию ещё раз. Аргентина за своими границами худо-бедно следит, но Парагвай (как и Бразилия) — нет, поэтому схема такая:

— садимся на международный автобус до парагвайского Сьюдад-дель-Эсте, который чешет через обе границы без остановок (вот это он на фото)
— выезжаем на нём из Бразилии и нелегально въезжаем теперь уже в Парагвай
— выходим через одну остановку после границы, кушаем мороженое и идём обратно к пограничному мосту пешком
— не отсвечивая иностранным паспортом, проходим мимо парагвайского погранконтроля (не «через», а «мимо»!)
— пешком переходим мост и идём выяснять, где же всё-таки оформить въезд в Бразилию по правилам

Тётка-пограничница, конечно, ситуацию просекла (штамп о выезде у меня был из Аргентины за вчера, а пришёл я из Парагвая сегодня) и прочла нотацию: «сеньор, вы не у себя дома, вы в чужой стране! вы должны спрашивать разрешения чтобы войти и выйти! в следующий раз мы вас оштрафуем!», но въезд в Бразилию поставила.

Так я одни сутки побыл нелегалом. Нашёл, блин, место :)

К счастью, ни Аргентина, ни Бразилия не указывают пропускной пункт на своих штампах: теоретически, присмотревшись к датам, парагвайская полиция может заподозрить, что я сегодня нелегально посетил ещё и Парагвай, но доказать это у них, надеюсь, нет никакой возможности. Да и зачем им?

Легально я туда тоже поеду, но завтра.

APTEM KNPEEB

Я уже учёный — 1, 2, 3 — и каждый раз как в Южной Америке даю кому-то паспорт — уточняю: мол, Artem — это номбре, Kireev — это апеидо, а на русские буковки не обращайте внимания, пожалуйста.

Нет, не помогает.